Эльза ДИГОЕВА
         ЯЗЫК И НАУКА ХХ ВЕКА

       В  языкознании  современного  периода  можно  наблюдать
характерное  взаимодействие различных направлений  в  изучении
языка,  вносящих значительный вклад в освоение его устройства,
функционирования, структуры и видов. Сосуществование различных
подходов в исследовании языка и объединение усилий ученых дает
плодотворные  результаты  для планомерного  развития  науки  о
языке.  Известно,  что в большинстве случаев  провести  четкую
границу  между  многочисленными аспектами  изучения  языка  не
представляется   возможным.   Взаимопроникновение    различных
направлений   дает   возможность   для   более   комплексного,
объемного,  разностороннего  рассмотрения   языковых  явлений.
Нельзя  не обратить внимания на факт существования двух этапов
в  развитии  науки  о языке: первый непосредственно  связан  с
выяснением   устройства  языка,  его  системы;   для   второго
свойственно  изучение  особенностей его  функционирования,  то
есть   изучение   речи.  Было  время,  когда   “парадигмы”   и
“категории”  вызывали  особый интерес,  однако  теперь  усилия
лингвистов  направляются на изучение речи (как устной,  так  и
письменной)   в   двух  базисных  “регистрах”  (функциональных
стилях)  –  стиле сообщения и стиле воздействия как важнейшего
средства  человеческого  общения, то  есть  в  коммуникативном
плане.  На  смену  исследованиям,  построенным  на  формальных
критериях, пришло стремление к учету “человеческого фактора” в
языкознании,  так как для того, чтобы понять и  познать  язык,
нужно   обратиться  к  его  носителю  –  человеку,  говорящей,
мыслящей   личности.  Следовательно,  средой  функционирования
языка является человеческое общество.
Несомненно,  что  современные условия развития  науки  требуют
функционального  описания языка. Отсюда  объясним  переход  от
структурного   анализа,   внесшего   значительный   вклад    в
исследование  языка, к развитию функционального и рассмотрению
языка  в  единстве  структурного и  функционального  подходов,
необходимое   для  адекватного  понимания  последнего.   Таким
образом,   соответствующие   трансформации,   смена    ведущих
направлений,    а   иногда   выявление   возможностей    новых
интерпретаций  в  принципе уже известных фактов,  закономерно.
R`j,  на первый план выдвинулась идея о первичности содержания
и   вторичности   выражения,  так   как   интерес   лингвистов
сосредоточился  на  семантике  и  лингвистической  прагматике.
Содержание первично как в семантике, так и в прагматике. Такая
постановка   вопроса  стала  возможной  благодаря  когнитивной
лингвистике.  Значение  изучается  в  прагматике   в   составе
контекста.    Это    утверждение   является    ключевым    для
лингвистической коммуникации. Оно сводит воедино прагматику  и
функциональные  аспекты лингвистики в целом, и,  в  частности,
грамматики.
Как   правило,   обсуждение  прагматики   ведется   наряду   с
обсуждением  синтактики и семантики. В  1936  году  Ч.  Моррис
установил  различия между ними. Синтаксис занимался формальным
изучением  семиотических  отношений, семантика  представлялась
как определенное отношение знака к его пользователю, наряду  с
психологическими, биологическими, социальными аспектами  знака
прагматике  отводился  дискурс,  стратегия,  социолингвистика.
Таким  образом, синтактика исследует отношения между  знаками,
объединенными  в  определенной  последовательности   языковыми
формами  с учетом правильности или неправильности, семантика -
отношения  знаков к тому, что они обозначают, с  установлением
связи   между  вербальным описанием и  положением  в  мире,  а
прагматика   занимается   отношением   знаков   к    человеку,
пользующемуся  языком. По мнению Ю.С.  Степанова,  “  изучение
языка  в лингвистике, его осмысление в философии, его освоение
в   искусстве   слова  –  более  или  менее  одновременно    и
параллельно во всех этих областях – направляются также по трем
названным  осям”.1  Понятно,  что семантика  изучает  единство
формы и значения, прагматика сосредотачивает свое внимание  на
взаимоотношениях  между говорящим, формой и  значением.  Здесь
также  необходимо иметь в  виду еще одного участника  процесса
коммуникации  –  слушающего  или  читающего,  на  которого   и
рассчитано  соответствующее  произведение  речи.  В   процессе
овладения   контекстом  произведения  речи,  определения   его
коммуникативной роли участники речевого события  должны  иметь
общие  фоновые  знания  как языкового,  так  и  исторического,
культурного,    социального   характера.   С   точки    зрения
коммуникативного  функционализма  язык  должен  изучаться  под
углом   зрения  своей  роли  в  человеческой  коммуникации   и
p`qql`rphb`r|q  как  система  такой  коммуникации,  а  не  как
бесконечное   множество   структурных  описаний   предложений.
Главная  функция языка – инструментальная: язык  –  инструмент
речевого взаимодействия людей. Функционалист ориентируется  на
описание языка в терминах типов речевой деятельности  и  типов
конструкций,  используемых  в  ней,  стремится  констатировать
взаимодействие синтаксиса, семантики и прагматики,  не  берясь
что-либо   предсказывать:  функциональные  теории   занимаются
системами,  а  не  реальным поведением; а  в  центре  внимания
находятся  средства,  используемые  языками  для  указания  на
ситуации  (и  их  участников) в дискурсе. Для  функционалиста,
описывающего   формы   языка,   главным   является    “принцип
противоположности”, соотносящий функцию с объемом употребления
языковых форм. Функциональный подход в грамматическом описании
упрощает  грамматику,  делая  ненужными  многие  искусственные
формальные  приемы.  Существуют  лишь  принципы  восприятия  и
межличностного взаимодействия, работающего даже  за  пределами
языка.  Эти прагматические факторы служат аргументами в пользу
того или иного устройства грамматики, представляющей структуру
в  терминах  функций.  При таком интегральном  подходе  каждый
элемент  описания  выполняет  определенные  функции  в  рамках
системы  языка. В грамматике описываются не только  допустимые
предложения  данного языка, но и выбор из числа  семантических
эквивалентов    предложений,  то  есть  выбор   альтернативных
поверхностных  реализаций одной и той же  исходной  структуры.
Такой  функциональный  синтаксис  предполагает  предварительно
выполненное  формальное описание. При этом существенен  фактор
интерпретированности  теории. В рамках  неинтерпретированности
функционализма  описание  состоит из констатации  того,  какие
факультативные трансформации запрещены в конкретном  контексте
(ситуации). В интерпретированном функционализме констатация  -
указание  контекстов, в которые может включаться данная  форма
предложения.  Функционалисты  исследуют правильно  построенные
предложения   (системы  грамматических   правил,   порождающих
предложение);  подчеркивают использование этих  предложений  в
реальном  процессе  общения.  Теория  речевых  актов  является
примером     интерпретированного     функционализма.      Язык
рассматривается  как  инструмент,  используемый  для  создания
сложных   структур   социального   взаимодействия.   Сообщения
oeped`~rq,  чтобы  изменить что-либо в  интерпретаторах.  Язык
интересен  только  в  той степени, в какой объясняет  свойства
речи.  Компетенция интересует функционалиста только как основа
для  описания  речевого исполнения носителя  языка.  Структура
каждой  языковой системы предопределена функцией этой системы.
Некоторые   потребности  человека  и  общества   универсальны,
поэтому   есть  и  универсальные  функции,  присущие  речевому
поведению  на  любом  языке и проявленные в  грамматических  и
лексических   структурах.  Свойства  кода  объясняются   через
поведение,    система   определяется   процессом.    Язык    –
целенаправленная     деятельность,     механизмы      которого
предопределены целями. Язык -  не готовый статичный продукт, а
активное  “языковое  творчество”.  Там,  где  формалист  хочет
получить  максимально простую формулировку  правила,  простую,
обобщенную  констатацию  структуры,  функционалист  не  боится
усложнения,  подчеркивает множественность функций,  к  которым
сводится синтаксический процесс, ищет закономерности на уровне
целой     системы,    рассматриваемой    как    функционально-
интегрированный  механизм,  нацеленный  на  удовлетворительное
общение. Большинство ученых считает, что прагматика стоит  над
лингвистикой.  Язык  – это определенного рода  система,  таким
образом,   прагматика   занимается  изучением   механизма   ее
использования.   Определенная   речевая   ситуация    является
определяющей  при рассмотрении семантического значения,  также
принимаются во внимание участники процесса коммуникации. По Д.
Личу, прагматика - изучение значения в связи с ситуацией речи.
Когнитивная  прагматика  сделала  неоспоримым  тот  факт,  что
определённые языковые способности дают возможность  говорящему
по-разному    моделировать   ситуацию   в   целях    языкового
кодирования.  В  формировании теории прагматики  большую  роль
сыграли  взгляды  учёных, изучавших вопросы  философии  языка,
таких  как   Дж.  Остин, Дж. Сэрль, П.  Грайс.  В  своё  время
прагматика  возникла в противовес трансформационной грамматике
Н.  Хомского,  в  понимании которого язык  -  это  абстрактная
система, далёкая от вопросов функционирования языка в речи, от
говорящего  лица.  О.С. Ахманова считала прагматику  одним  из
аспектов    исследования  языка,  выделяющим  и   занимающимся
изучением  единиц языка в их отношении к тому лицу или  лицам,
которые  пользуются языком. ТРА - линия исследования,  попытка
bgckmsr|  на  речь  через  призму действий  носителя  языка  и
определить  значение как употребление предложения в конкретных
обстоятельствах.  Впервые  теория  речевых  актов  (ТРА)  была
сформулирована   Дж.  Остином.  Основной   единицей   является
“речевой  акт”-  квант речи, соединяющий  единичное  намерение
(“иллокуцию”),   завершённый  минимальный   отрезок   речи   и
достигаемый результат. Это методическое направление исходит из
того,   что  минимальной  единицей  человеческой  коммуникации
является  не  предложение или другое выражение, а  действие  –
совершение определенных актов, таких как констатация,  вопрос,
приказ,   описание,   объяснение,  извинение,   благодарность,
поздравление.  ТРА  в  лингвистическом описании  находится  на
стыке   семантики  и  прагматики:  значение   высказывания   в
абстракции  от  факторов  говорящего, слушающего  и  остальных
параметров  коммуникации относятся в ТРА к области  семантики;
значение же высказывания как “коституента” речевого акта лежит
в  области прагматики. Идеи Дж. Остина были развиты  в  работе
Дж.  Сэрля  “Speech Acts”, в которой говорение рассматривается
как   совершение   определенных  действий.   Придавая   мыслям
определенную   морфосинтаксическую   форму,   выраженную    на
фонетическом  уровне  некой последовательностью фонем,  обычно
преследуется  цель  выражения определенного намерения.  Отсюда
перформативный   характер речи, целью  которой  является  либо
изменение в окружающей среде говорящего, либо в образе  мыслей
собеседника.  Это  привело к введению  понятия  “иллокуционное
намерения говорящего”, а речевой акт стал рассматриваться  как
“иллокуционный   акт”,  то  есть  социально-определенный   акт
речепроизводства.   Вступая   в   контакт,   говорящий   может
добиваться  различных целей: от получения или передачи  какой-
либо  информации  до  выражения  чувств,  желания,  нежелания,
сомнения, восторга. “Иллокуционное намерение” говорящего - это
то,  что  пытается  передать последний  при  помощи  языка,  и
соответственно,  суть  процесса  коммуникации  заключается   в
разгадывании  этого  намерения. Для объяснения  непонимания  в
процессе    общения   был   предложен   термин   –   “успешный
иллокуционный  акт”, суть которого в достижении  определенного
результата, ради которого он был задуман и осуществлен. Теория
принципа  кооперации П.Грайса, состоящая из  четырёх  основных
правил-норм,  отвечающих  за контроль  человеческого  общения,
qr`k`  ещё  одним  важным  этапом  в  становлении  прагматики.
Правило  количества регулирует объём передаваемой  информации:
индивид, как правило, произносит не более и не менее того, что
требуется  для передачи его иллокуционного намерения.  Правило
качества   следит  за  соблюдением  правдивости   передаваемой
информации.    Это    правило    предполагает    невозможность
высказывания  ложной информации, отсюда единственно  возможное
философское  понимание  этого  вопроса.  Правило  тематической
релевантности требует отражения индивидами только  релевантной
информации,  то  есть  имеющей  отношение  к  теме,  ситуации.
Правило манеры предполагает соблюдение лаконичности, четкости,
ясности  передаваемой  информации. Речь  не  идет  о  вопросах
морально-этического   характера,   правила   Грайса   являются
описательными, в своей теории ему удалось объединить знания  о
мире  и  языке. Однако способность индивида нарушать указанные
правила  также является частью прагматического знания. Принцип
вежливости  Р.Лакоффа  заключается  в  не  навязывании  своего
мнения,  предоставлении  права выбора, создании  благоприятной
обстановки.  Любое  нарушение правил-норм становится  значащим
при   условии  его  намеренности  и  его  восприятии   таковым
получателем  информации. В последнее время  термин  прагматика
используется  для  обозначения исследований  в  области  живых
естественных языков и их  функционирования в различных речевых
ситуациях. В работе “Text and Context” прагматика определяется
Т.  ван Дейком как сфера отношений между знаком и использующим
его  индивидом.  Выяснение условий,  делающих  одно  и  то  же
высказывание   приемлемым  или  неприемлемым  в   определенной
ситуации  общения,  в  условиях   правильного  синтаксического
построения  и семантического наполнения высказывания  является
полем деятельности прагматики. В  своей работе “Principles  of
Pragmatics” Дж. Лич дает определение прагматике как  учению  о
ситуативном значении высказывания. Вопрос о значении  является
центральным для прагматики и достаточно спорным при  выяснении
к  какой  области - семантики или прагматики – необходимо  его
отнести. Значение в семантике рассматривается как неотъемлемое
свойство  единиц языка, существующих в их отношении к объектам
действительности,  в то время как прагматика  изучает  язык  в
речи   в   процессе   коммуникации,  а  значение   соотносится
непосредственно     с     участниками     общения.     Проводя
replhmnknchweqjne   разграничение,  Дж.  Лич   для   семантики
определяет   значением    то  абсолютное   значение,   которое
передаётся  морфосинтаксическим  и  фонологическим   способом.
Прагматическое  значение,  не  всегда  выводимое  из  значения
составляющих  его  единиц, но являющееся  целью  высказывания,
требующее  ситуативного  контекста  и  знания,  общепризнанных
правил  употребления   языка  для своего  понимания,  получает
определение   намерения.   Дж.  Лич   обращает   внимание   на
взаимосвязь  грамматического и прагматического аспектов  речи.
Прагматическое   объяснение  менее  точное   и   определенное.
Прагматические   принципы   не   так   ограничивают   языковое
поведение,  как  грамматические правила. Иногда  их  трактовка
носит  предположительный характер. Ответ на вопрос “  Почему?”
связан с функционированием языка как коммуникативной системы и
не  входит  в  задачи  грамматических теорий.  Таким  образом,
формальный  анализ  всегда оставляет что-то необъяснимым.  Для
этого  необходим  функциональный анализ. Называя  свой  подход
формально-функциональным,  Дж.  Лич  суммирует  его  следующим
образом:  “Language  consists of grammar  and  of  pragmatics.
Grammar  is  an  abstract  formal  system  for  producing  and
interpreting  messages.  General  pragmatics  is  a   set   of
strategies   and   principles   for   achieving   success   in
communication   by  the  use  of  the  grammar.   Grammar   is
functionally   adapted  to  the  extent  that   it   possesses
properties   which  facilitate  the  operation  of   pragmatic
principles”.2     В    условиях    преобладания      различных
формалистических  и структуралистических концепций  прагматика
снимает   противоречие  между  функциональным   и   формальным
подходом   и   преобразует  их  во  взаимодополняющие   уровни
языкового  анализа. Общепризнан тот факт,  что  для  различных
типов языковых сообществ и социально-культурных слоёв общества
характерно своеобразие использования языка. Отсюда возможность
разграничения    двух    базисных   направлений:    собственно
лингвистического,     связанного    с     грамматическим     и
общелингвистическим    анализом    использования    языка    в
коммуникативных  целях,  и  социологического,  основанного  на
изучении  прагматики при социологических наблюдениях, берущего
за  основу  социально-культурные отличия  языковых  сообществ.
Мнение  Дж. Юла сводит прагматику к процессу познания  способа
oeped`wh  значения  говорящим и восприятия его  слушающим.  То
есть   интерес прагматики сосредоточен на изучении  того,  что
люди  хотят  выразить в своих высказываниях, а  не  того,  что
означают   слова  и  словосочетания  в  составе  высказываний.
Неизбежно рассмотрение конкретного контекста и его влияния  на
смысл  высказывания, способа его организации, учёта  адресата,
места,  времени, условия общения. Таким образом, прагматика  –
это   изучение  контекстуального  значения.  Необходимо  также
знать,   что   именно   способствует  правильному   восприятию
слушающим  интенции говорящего. Как всё то,  что  осталось  за
пределами   вербального  выражения,  становится   неотъемлемой
частью высказывания. Так изучение скрытого значения того,  как
в   сообщении   передается  гораздо  больше  информации,   чем
произносится,  становится целью прагматики. Отсюда  стремление
узнать,  по  какому принципу проводится выбор между  тем,  что
произносится   и   что   остаётся  невысказанным.   Прагматика
предоставляет  возможность изучения намерений и  предположений
говорящих,   целей   и  видов  действий,  осуществляемых   при
говорении, хотя иногда понятия, ассоциированные с человеческой
личностью,   едва   поддаются  последовательному  объективному
анализу.  Противоречие прагматики заключается в  том,  что,  с
одной стороны, она помогает людям  успешнее понять друг друга,
с  другой стороны, при этом необходимо понимать  их намерения.
Выявление дискретных единиц, образующих наиболее однозначные и
убедительные  связи, способствует соотнесению высказываний   с
интенциями  говорящих (пишущих) при их произнесении.  Очевиден
тот  факт,  что сделать это не легко, так как,  по  мнению  В.
Хартунга,    “    в    высказывании    многое    может       “
соподразумеваться”, так  что зачастую бывает просто невозможно
соотнести   его   только  с  какой-то  одной   интенциональной
категорией”.3    Понятно,    что   высказывания    приобретают
определённую дискретность на основе грамматической  структуры.
Интерпретация  предложений способствует обнаружению  интенций,
хотя   необходимо   признать,  что  эти   категории   разумнее
рассматривать  на  уровне выше предложения. Задачей  лингвиста
является   попытка   восстановления   условий,   при   которых
высказывание   следует  отнести  к  вызванному   определенными
ментальными  состояниями. Здесь вступает  в  силу  когнитивный
подход  к  анализу речи, вскрывающий механизм ее порождения  и
onmhl`mh.  Термины  “когнитология” или  “  когнитивная  наука”
обозначились  в  середине  70-х годов  в  связи  с  появлением
области  науки,  изучающей  процессы  усвоения,  накопления  и
использования  информации человеком.  Долго  лингвистика  была
занята    изучение    внешних   проявлений    языка,     языка
экстериоризиванного.  Необходимо изучать  язык  “внутри  нас”,
язык  интериорезированный, т.е. то, как он репрезентируется  в
голове  человека. Такое исследование связывает  лингвистику  с
психологией, знаменует рождение новой междисциплинарной  науки
получившей название психолингвистика, а потом трансформируемой
в   когнитивную  науку.  Знать  язык  –  значит  находиться  в
определенном ментальном состоянии, что равносильно   обладанию
определенной ментальной структурой, состоящей из системы права
и принципов, которые порождают ментальную репрезентацию разных
типов.   Фонологическое  представление   предложения   с   его
семантической   интерпретацией  и  обнаружением   определённых
психических  структур, описанием их различных типов  не  может
быть  достигнуто одними лингвистами. Они выдвигают догадки  об
их  типе и характере, психологи проверяют их экспериментальным
путём.    Объединение    их   усилий,    выдвижение     единой
исследовательской    программы    привело    к     становлению
междисциплинарной науки – когнитологии. Когнитивная психология
стала  заимствовать  методики из теории информации,  с  учётом
опыта  математического  моделирования,  т.е.  расширила   свои
теоретические  рамки вплоть до появления когнитивной  науки  и
включения  её в эту науку. Возникающая как наука о  ментальных
процессах,    о   мыслительной   деятельности    человека    и
характеризующих эту деятельность процессах и их результатах  –
знаний,   когнитивная  наука  связана  с  исследованием   того
средства, которое служит осуществлению деятельности  –  языка.
Если  когнитология  –  наука  о  когнитивных  (познавательных,
ментальных, интеллектуальных) процессах, а язык формирует  эту
деятельность как речемыслительную, когнитология невозможна без
анализа  порождения  и  восприятия  речи.  Зависимость    этих
процессов от построения неких ментальных структур и операции с
этими    структурами   вплоть   до  организации   определённых
ментальных моделей деятельности несомненна. Когнитивная  наука
включает    научный   анализ   языка   и   когниции.    Объект
исследования лингвистики носит психологический или  ментальный
u`p`jrep, поскольку язык представлен ментальной репрезентацией
грамматики   отдельного (идеального) говорящего. Знание  языка
состоит  не  столько  из знания правил  как  таковых,  сколько
сводится  к признанию нескольких принципов в строении   языка,
и,  возможно,  -  подчёркивает Н. Хомский, - в лингвистической
теории  нет  места правилу. Знание языка характеризуется   как
“декларативное”, а не как “процессуальное” или “ процедурное”.
В  работах  Хомского и его последователей была выдвинута  идея
языка  как  порождающего устройства.  “Лингвистика  фокусирует
своё  внимание  на одной специфической когнитивной  области  и
одной   способности  мозга,  языковой  способности”4  {Хомский
1980}.  В.З.Демьянков  определял когнитивную  лингвистику  как
направление,  в  центре внимания которого находится  язык  как
общий  когнитивный  механизм.  В сферу  интересов  когнитивной
лингвистики    входят   “ментальные”   основы   понимания    и
продуцирования  речи  с  точки  зрения  того,  как   структуры
языкового  знания  репрезентируются и участвуют в  переработке
информации.  В  когнитивной лингвистике рассматриваются  те  и
только   те   когнитивные  структуры   и   процессы,   которые
свойственны  человеку как homo loquens. А именно, на  переднем
плане  находятся  системное описание  и объяснение  механизмов
человеческого усвоения языка и принципов структурирования этих
механизмов.  Ментальные процессы базируются на  репрезентации,
соответствуют    определённым   процедурам   –    “когнитивным
вычислениям. Выводы когнитивной лингвистики позволяют  уяснить
механизмы этих вычислений. Её центральная задача формулируется
как  описание и объяснение внутренней когнитивной структуры  и
динамики  говорящего  -  слушающего.  Он  рассматривается  как
система  переработки информации, состоящая из конечного  числа
самостоятельных  компонентов – модулей,  соотносящих  языковую
информацию  на различных уровнях. Цель когнитивной лингвистики
заключается   в  исследовании  такой  системы  и  установлении
важнейших принципов, а не только в системном отражении явлений
языка. Когнитивисту важно понять, какой должна быть ментальная
репрезентация  языкового знания и как  это  знание  когнитивно
перерабатывается,  т.е. какова  когнитивная  действительность.
Некоторые  лингвисты  (генеративисты)  считают,  что  языковая
система   образует  отдельный  модуль.  Однако  чаще  языковая
деятельность  рассматривается как один из модусов  “когниции”,
qnqr`bk~yhu  вершину  айсберга,  в  основании  которого  лежат
когнитивные  способности, не  являющееся лингвистическими,  но
дающими   предпосылки  для  последних.  К  таким  способностям
относятся: построение образов и логический вывод на их основе,
получение   новых   знаний,  исходя  из  имеющихся   сведений,
составление   и  реализация  планов.  Демьянков  сформулировал
следующую   максиму:  “избегай  говорить  что-либо   в   обход
когниции человека”. Когнитивист имеет право говорить только  о
денотации   языкового   выражения.  Однако,   как   установить
несамопротиворечивость суждений в языковой форме, без  понятия
“референции”,  без  опоры  на  аксиомы  “внешнего  мира”.  Эту
проблему когнитивная лингвистика ставит перед философией.  Для
когнитологии   важно  установить, какими типами  знания,  и  в
какой  форме обладает человек,  как представлено знания в  его
голове,   как  овладевает  человек  знанием  и  как   он   его
использует.  Изучение  разума не может ограничиваться  рамками
одной   дисциплины,  отсюда  объединение  наук  и  становление
когнитивной  науки как междисциплинарной, которая вырабатывает
методы и приёмы с целью более полного познания одного из самых
сложных  феноменов  природы.  Память,  внимание,  воображение,
мышление,   восприятие   -   отдельные   механизмы   обработки
информации - непосредственные составляющие когнитивной системы
разума.  Изучение базы знаний, используемых в процессе речевой
деятельности,    является   предметом    когнитологии.    База
представлена в следующем виде:
1)   языковыми знаниями;
2)   внеязыковыми знаниями.
Изучение  связного текста и  дискурса стало  одной  из  причин
появления  когнитологии. Уже в 70-тых  годах  нашего  столетия
американская   лингвистика  престала  ограничиваться   рамками
предложений,  занялась контекстно-зависимым  анализом  связной
речи,  реальное  использование языка  в  социальном  контексте
стало  объектом лингвистических теорий. Для понимания  текстов
стало   приобретать  значение  моделирования  знаний  о  мире.
Ещё  в 30-тых годах Ф.Бартлетт дал определение понятию “схема”
информации, схемы, представленной в памяти. Это понятие  также
вошло  в  когнитивную психологию. В компьютерной   лингвистике
используют понятие “сценарий”, в лингвистике и социологии  оно
определено  как  “фрейм”.  Фреймы  как  своеобразные   частицы
hmtnpl`vhh,  включающие подобные элементы знаний личности,  на
основе  отражения  в мозге человека объектов  окружающего  нас
мира,  способствуют адекватной, когнитивной обработке типичных
ситуаций.  Они  способствуют  связности  текста,  обеспечивают
контекстные   ожидания.   Дающие  возможность  прогнозирования
предстоящих  событий на основе ранее встречавшихся.  Понимание
дискурса  происходит  следующим образом: память,  возбуждаемая
ключевыми   словами  или  словосочетаниями  в   дискурсе   или
контекстом, затрагивает соответствующие фреймы, которые  могут
суммарно  взаимодействовать друг с другом.  Цель  человеческой
памяти  –  преумножать свои знания о мире.  Информация  бывает
наиболее  релевантной,  если  она  значительно  изменяет  наши
знания  с  наименьшими усилиями для получателя, с  учётом  его
знаний,  во  избежании  непонимания,  предоставляя  последнему
наиболее  точное представление о мире. База знаний  говорящего
даёт возможность быть экономным, в случае её преимущественного
совпадения со знаниями слушающего. Для успешности коммуникации
имеет   значение   схожесть  менталитета,  которая   позволяет
добиться  минимальных  изменений знаний  в  процессе  общения.
Когнитивная  обработка информации, поступающей к человеку  при
дискурсе,  чтении, знакомстве с языковыми текстами, происходит
как   во  время  понимания, так и в процессе порождения  речи.
Таким  образом, обработка языковых знаний связана не только  с
изучением  ментальных  репрезентаций,  извлекаемых   либо   из
долгосрочной  памяти,  либо образуемых в  процессе  обработки.
Язык  в  когнитивной лингвистике представлен  как  когнитивный
процесс, суть которого в переработке информации, заключённой в
языковом   произведении.  При  изучении   языковой   обработки
необходимо  принимать  во  внимание  взаимодействие   языковых
структур с другими когнитивными и концептуальными структурами.
Языковые структуры представляют в памяти человека внешний  мир
и  его ментальные модели. В ходе языковой обработки происходит
как   когниция,   так   и   коммуникация,   что   приводит   к
интенциональности процессов. Более того, при анализе  дискурса
информация   не   только  обрабатывается,  но  и   передаётся,
интегрируется   в   зависимости  от  личности   говорящего   и
слушающего.  Язык  как  когнитивный механизм  и  инструмент  –
система   знаков,   имеющих   значения   для   кодирования   и
трансформации   информации,  находится   в   центре   внимания
jncmhrhbmni лингвистики. Как наука, занимающаяся исследованием
когниции  в  лингвистическом ключе  и  когнитивными  аспектами
лексических,     грамматических     явлений,      когнитология
сосредотачивает  своё внимание на языковых  знаниях  в  голове
человека  и  взаимодействует  с  когнитивной  психологией  при
анализе  словесной  вербальной памяти, внутреннего  лексикона,
порождения,  восприятия, понимания речи, того как  и  в  каком
виде облекаются в слова  созданные человеком структуры знания.
Так  когнитология проникает в область, занятую описанием  мира
и  созданием  средств его описания. Анализ  способа  выражения
базы знаний индивида различными языковыми средствами в речи  и
влияние   на   создание,  и  понимание  дискурса  представляет
наибольший  интерес.  При  этом она является  частью  изучения
того,  что делает тексты цельными и связными для тех, кто  ими
пользуется.   Сосредоточившись  на  процессах   порождения   и
познания  речи,  когнитология занимается областью,  в  которой
процесс   речепроизводства  неразрывно  связан  с   процессами
происходящими в нашей памяти. Кроме того, необходимо учитывать
“фоновые   знания”,   которые,  по   мнению   О.С.   Ахмановой
представляет  собой  “обоюдное  знание  реалий   говорящем   и
слушающим,   являющееся  основой  языкового   общения”5   И.В.
Гюббенет   определяет  фоновые знания как социально-культурный
фон,   характеризующий  воспринимаемую  речь.   В.С.Виноградов
выделяет  национальный аспект фоновых знаний, без исследования
которых  невозможно достижения полного и правильного понимания
при  обмене информацией. Наблюдение за поведением единиц языка
в    процессе   речепроизводства,   влияние   когнитивных    и
прагматических    факторов   являются    целью    исследования
функционального подхода, который рассматривается  как  попытка
более объёмного анализа языковых явлений.

Использованная литература:
1.  Кубрякова  Е.С. Эволюция лингвистических  идей  во  второй
половине ХХ века (опыт парадигмального анализа). Язык и  наука
ХХ в. М., 1995.
2. Leech G.N. Principles of Pragmatics. London, 1983.
3. Хартунг В. Деятельностный подход в лингвистике: результаты,
границы, перспективы. Общение. Текст. Высказывание. М.,  1989.
С. 41-55.
4. Кубрякова Е. С. - (см. 1).
5.  Ахманова О. С. Гюббенет И. В. “Вертикальный контекст”  как
филологическая проблема. Вопросы языкознания, 1977г. №3. С. 47-
54.
К содержанию || На главную страницу