Руслан ТОТРОВ

БЕСЛАН НАВСЕГДА

 Беслан  – это скорбь по погибшим детям, неизбывная боль, с которой
нам жить до конца дней своих.
 
 Трагедия  Беслана  заставила содрогнуться весь мир.  Захваты  школ
случались  и  раньше  (в Израиле, например),  но  нигде  и  никогда
террористы  не обращались столь жестоко с детьми, и ни один  захват
не  сопровождался таким немыслимым количеством жертв. Если  принять
расхожее   сейчас   утверждение,   что   России   объявлена   война
(международным ли терроризмом, или отечественным – в данном  случае
это  не  имеет  значения), то следует признать,  что в  Беслане  мы
потерпели сокрушительное поражение. Государство и его спецслужбы не
сумели  ни  предотвратить теракт, ни должным образом разобраться  и
действовать    в    сложившейся   обстановке,   защищая    основное
конституционное право своих граждан – право на жизнь. Я говорю не о
солдатах и бойцах спецназов, выполняющих приказ, а о тех,  кто  эти
приказы  отдает.  Похоже,  их ничему не  научил  опыт  Буденновска,
Кизляра,  Первомайского и «Норд-Оста». Тогда были  тридцать  восемь
ельцинских  снайперов  и  стремительный бег  босых  террористов  по
замерзшей   пашне,  теперь  же  чуть  ли  не  в   оправдание   себе
выставляется жупел международного терроризма. А если международный,
значит бороться с ним невозможно? Или некому бороться? А может дело
не  просто  в  людях, а в системе? В коррупции, разъевшей  систему?
Коррупция,  как  известно, порождает хаос  и  является  питательной
средой терроризма.
 
 Поражение  всегда  вызывает вопросы, но  задавать  их  бесполезно.
Поражение  уходит  от ответа, оно лихорадочно ищет  оправдания.  Но
один  вопрос  я все же задам. Самому себе, хотя бы. Не  слишком  ли
много  террористических  актов  выпало  на  долю  Осетии?  Не  буду
считать,  чтобы  не  сбиться, скажу лишь, что в  прессе  последнего
времени  называются цифры от 13 до 18. Что-то многовато получается.
По  этому печальному показателю и, главное, по количеству жертв  мы
опережаем любой из регионов Российской Федерации, исключая  воюющую
Чечню и включая многомиллионную Москву.
 А  вопрос  мой к самому себе может быть сформулирован так:  Осетия
представляет  собой  особо важную стратегическую  цель  или  просто
является плохо защищенным и потому удобным для нападения объектом?
 
 Один  из  бесланчан  сказал в горестном раздумьи:  «Теперь  Беслан
знают во всем мире. Лучше бы его никто не знал».
К содержанию || На главную страницу