ДАРЬЯЛ-ДАЙДЖЕСТ

БЕСЛАН В ЗАРУБЕЖНЫХ СМИ

   
   
   Tageszeitung 17.05.05
   СЕГОДНЯ ДОЛЖЕН НАЧАТЬСЯ ПРОЦЕСС О ЗАХВАТЕ ЗАЛОЖНИКОВ В БЕСЛАНЕ
   Клаус-ХельгеДона
   
   Спустя  восемь  месяцев  после  захвата  школы  номер   1   в
маленьком североосетинском городке перед судом предстанет  один  из
террористов.  Правда,  ему  все  еще  ищут  адвоката.  Родственники
погибших не доверяют властям.
   Он  единственный,  кто живым попал в руки российских  спецслужб.
24-летний  чеченец  Нурпаши  Кулаев входил  в  группу  террористов,
которая  1  сентября  прошлого  года  захватила  школу  номер  1  в
маленьком североосетинском городке Беслан. Почти три дня  около  30
террористов удерживали 1120 заложников. 330 человек погибло, в  том
числе  186 детей, когда на третий день российские спецподразделения
атаковали школу.
   Сегодня  во  Владикавказе, столице Северной Осетии, в  Верховном
суде   должен  начаться  суд  над  Кулаевым.  Он  может  продлиться
несколько месяцев: предполагается выслушать более 1300 свидетелей.
   Однако  начало процесса, возможно, будет отложено,  так  как  до
сих  пор  не нашлось ни одного адвоката, который взялся бы защищать
Кулаева.   Он  не  может  никого  заставить,  говорит  председатель
североосетинской коллегии адвокатов Марк Гаглоев. Тот,  кто  станет
защищать  Кулаева,  тем самым добровольно откажется  от  карьеры  в
Северной Осетии. Сейчас адвоката ищут в соседних республиках.
   Даже  сейчас,  через  восемь месяцев после  захвата  заложников,
люди  в  Северной Осетии не успокоились. Родственники  пострадавших
объединились и требуют встречи с российским президентом  Владимиром
Путиным.  Они не доверяют ни руководству республики,  ни  одной  из
двух  комиссий,  которые  были  сформированы  Советом  Федерации  и
республикой. Обнародовать результаты расследования было  обещано  в
марте,   однако   накануне   срок  их  публикации   был   перенесен
председателем Совета Федерации.
   Бесланцы  считают это попыткой скрыть неприятные факты. Родители
убитых  детей  уже  в  январе  выплеснули  свой  гнев  на  улицы  и
блокировали основную трассу республики. В ответ на это председатель
федеральной  комиссии  Александр Торшин объявил,  что  милиция  уже
задержала  двух  офицеров, еще три человека  из  числа  сотрудников
органов безопасности объявлены в розыск.
   Очевидно,  ни  одной  из комиссий не удалось  выяснить,  сколько
террористов участвовало в захвате заложников. В апреле ФСБ сообщила
о ликвидации главы радикальной исламистской организации в Ингушетии
Изнора  Кодзоева.  Однако  он уже числился  в  списке  террористов,
убитых при штурме в количестве 31 человека.
   Родственники  прежде всего хотят знать, как могла случиться  эта
трагедия.  В  апреле жители Беслана передали следователям  огнемет,
который они нашли на крыше жилого дома, стоящего рядом со школой, а
также    гильзы   от   бронебойных   снарядов.   Эти   вещественные
доказательства, на их взгляд, свидетельствуют о том, что при штурме
школы  жизни заложников в расчет не брались. Прежде ответственность
за это возлагалась на террористов.
   По  информации «Новой газеты», прокуратура признала, что  наряду
с  танками также были использованы огнеметы типа «Шмель».  Огнеметы
относятся  к   химическому   оружию.   Представители   пострадавших
предполагают, что крыша школы обрушилась только после выстрелов  из
огнемета;   затем   заложники  сгорели   заживо.   Жители   Беслана
свидетельствуют,  что  они  видели  сотрудника  ФСБ  за  установкой
огнемета.   Настораживает   то,  что  установить   его   номер   не
представляется возможным. Поэтому нельзя выяснить, кто отдал приказ
на применение этого оружия.
   
   
   BBC 17.05.05
   НИКАКИХ СЖАТЫХ ОТ ЗЛОСТИ КУЛАКОВ
   
   В   столице  Северной  Осетии  Владикавказе  начался   суд   над
единственным  выжившим  участником  захвата  бесланской   школы   1
сентября 2004 года, – Нурпашой Кулаевым.
   «Процессу   сопутствуют   беспрецедентные   меры   безопасности:
правоохранительные органы опасаются мести со стороны  родственников
погибших, – пишут «Новые Известия». – Впрочем, сам Кулаев,  похоже,
не сильно волнуется: во время заседания он просто заснул».
   Подзаголовок  в  «Российской  газете»:  «Родители   погибших   в
Беслане детей требуют казнить без суда выжившего террориста».
   «Суд,   по  мнению  потерпевших,  должен  дать  ответ  на  много
вопросов,   главный   из  которых  –  почему  система   обеспечения
безопасности  граждан России дала сбой, в результате  чего  погибли
330  человек, 186 из которых дети, – рассуждает газета.  –  Что  же
касается  непосредственного  фигуранта  дела  –  Кулаева,  то   для
потерпевших   с   ним  все  ясно.  Однако  суд  ограничен   рамками
конкретного  уголовного дела и должен ответить  на  один  предельно
конкретный вопрос: виновен ли Кулаев в данной трагедии и, если  да,
то  насколько.  Поэтому  в  самом формате судебного  заседания,  по
мнению многих, заложена бомба с часовым механизмом».
   «Комсомольская правда» отмечает, что «в зале суда бесланцы  вели
себя  тихо.  Никаких сжатых от злости кулаков и плотно сжатых  губ.
Лишь  усталые  лица с синими кругами под глазами.  Переговаривались
шепотом.  Женщины  в  черных платках нервно  глотали  валерьянку  и
валидол».
   «Московский   комсомолец»  останавливается   на   роли   защиты:
«Напротив  стола обвинителей сидел адвокат Кулаева  Альберт  Плиев.
Элегантный  парень  лет 27, в черном пиджаке. Кажется,  он  страдал
больше  подсудимого: редко поднимал глаза и нервно поглаживал  свою
прическу».
   «Это  ж какой надо быть сволочью, чтоб защищать такого мерзавца,
–  вот  обобщенное  мнение жителей Владикавказа, собравшихся  возле
здания  суда  в  этот  день. Доводы о том, что  адвокат  по  закону
полагается  даже  распоследнему негодяю, их не убеждают»,  –  пишет
«МК».
   «Газета»   развивает   тему:   «Несмотря   на   то   что   ранее
североосетинские  адвокаты  отказывались  от  ведения  этого  дела,
коллегия    адвокатов   Северной   Осетии   в   последний    момент
откомандировала  на  процесс  26-летнего  Альберта  Плиева,   чтобы
«обеспечить   конституционное  право  Кулаева  на  защиту».   «Меня
назначили. Просто заставили», – ответил Плиев на вопрос, почему  он
согласился.   Ему   пришлось  знакомиться   с   материалами   дела,
составляющими  105  томов,  ускоренными  темпами.  Сидя  за  столом
защиты, молодой адвокат имел весьма растерянный вид».
   
   
   BBC 17.05.05
   СУД ПО ДЕЛУ О БЕСЛАНСКОЙ ТРАГЕДИИ ПЕРЕНЕСЛИ
   
   В   судебном  процессе  по  делу  Нурпаши  Кулаева,  которого
следствие   считает  единственным  живым  участником   вооруженного
захвата  школы в Беслане в сентябре прошлого года, объявлен перерыв
до четверга. 
   Несмотря  на  то,  что во вторник Верховный суд Северной  Осетии
планировал   полностью   огласить  обвинение   по   делу   Кулаева,
председательствующий  на  процессе  судья  был  вынужден  перенести
заседание.
   Присутствующие   в   зале  суда  родственники   погибших   стали
протестовать  против  утомительного  слушания  всех  многочисленных
материалов  дела  –  всего  105  томов.  Информационные   агентства
передают, что во время зачтения обвинений многим становилось  плохо
и приходилось вызывать машины скорой помощи.
   Согласно  процедуре,  во время судебного заседания  должны  быть
оглашены имена всех погибших и причины их смерти.
   Родственники  жертв  бесланской  трагедии  потребовали  от  суда
сказать, «кого конкретно убил Кулаев».
   Кроме  того,  их  возмутило  и  поведение  самого  подзащитного,
который, по их словам, уснул во время зачитывания обвинения.
   «Кулаев  уснул. Очевидно, ему было уютно и хорошо, когда  читали
о   страданиях  наших  детей»,  –  сказала  в  интервью   агентству
«Интерфакс» одна из родственниц погибших, находившаяся в зале суда.
   
   Последний участник 
   Обвинение  считает,  что 24-летний Нурапши  Кулаев,  чеченец  по
национальности, был одним из членов группы боевиков, захватившей  в
сентябре  прошлого года в Беслане более 1000 заложников –  детей  и
взрослых.
   Кулаев   обвиняется   по  восьми  статьям,   включая   убийство,
покушение на жизнь военнослужащих, захват заложников и терроризм.
   Кулаев  утверждает,  что не знал о том,  что  группа  собирается
захватить  школу.  А  во время штурма школы, в результате  которого
погибло  более  300 человек, никого не убивал и  стрелял  только  в
воздух.
   Родственники погибших в Беслане проводят пикет и перед  зданием.
Они держат плакаты с лозунгами – «Хотим знать правду», «Коррупция –
основа  терроризма» – и портреты своих погибших детей. Они  требуют
для Кулаева самого сурового наказания.
   За   преступления,  в  которых  обвиняется  Кулаев,   в   России
предусмотрена высшая мера наказания, однако, учитывая мораторий  на
смертную   казнь,  Кулаеву  в  случае  признания  виновным   грозит
пожизненное заключение.
   Кроме   того,   бесланцы  надеются,  что  во   время   суда   во
Владикавказе  станет  известно  многое  о  том,  как  планировалась
операция  по  освобождению заложников в Беслане и почему  во  время
штурма было столько погибших.
   

   The Times 18.05.05
   ДАЙТЕ НАМ ОРУЖИЕ, ТРЕБУЮТ МАТЕРИ УБИТЫХ В БЕСЛАНЕ
   Корреспондент
   
   Обезумевшие от горя родственники 330 человек, убитых во время
резни в бесланской школе в прошлом сентябре, вчера заглушили криком
судью, заставив его приостановить суд над единственным оставшимся в
живых чеченским террористом.
   24-летнему  чеченцу  Нурпаше  Кулаеву  предъявлены  обвинения  в
терроризме  и убийстве. Он, как сообщается, признался  в  том,  что
принимал  участие  в  трехдневной осаде. Его обнаружили  российские
коммандос  в  масках – он прятался недалеко от школы.  Обвинение  в
убийстве он отрицает.
   Когда  его  завели  в  клетку  в зале  суда,  несколько  матерей
погибших  попросили, чтобы им разрешили самим свершить  правосудие.
Кулаеву не грозит смертный приговор, потому что в 1996 году  Россия
подписала мораторий на высшую меру наказания.
   «Отдайте его нам и дайте нам оружие», – молила одна женщина.
   «Женщины  Беслана хотят сами расправиться с ним. Мы возьмем  его
в свои собственные руки и накажем его так, как нужно, – сказала 44-
летняя Рита Сидакова. – Мы сделаем с ним то, чего он заслуживает».
   Когда  начался суд, Кулаев, в черном пиджаке и штанах,  стоял  в
наручниках под охраной шестерых охранников. Родители жертв  кричали
на  судью,  требуя,  чтобы чиновников, которые  позволили  боевикам
добраться до школы, тоже судили. Судья Тамерлан Агузаров просил  их
вести себя тише, однако в итоге был вынужден объявить перерыв.
   Кулаева  защищал  только один адвокат, Альберт Плиев.  Обвинение
утверждает, что Кулаев входил в группировку из 30 боевиков, которые
приехали  в  маленький североосетинский город Беслан и захватили  в
заложники  более  1000 человек в попытке заставить Россию  покинуть
соседнюю Чечню.
   Более  половины  330 убитых во время перестрелки, развернувшейся
после начала штурма здания российским спецназом, были детьми. После
ареста  Кулаева  показали по телевидению, и он  заявил,  что  лидер
рейда   выполнял   приказы  Шамиля  Басаева  и  Аслана   Масхадова,
командующих чеченским сопротивлением.
   По  словам Кулаева, когда они спросили, зачем нужен этот захват,
он ответил, что нужно разжечь войну на всем Кавказе.
   
   
   Speigel 20.05.05
   ТРИ ДНЯ В СЕНТЯБРЕ
   Алия Бегишева

   В североосетинском Владикавказе перед судом предстал
единственный оставшийся в живых террорист, принимавший участие в
захвате заложников в Беслане. Родственники потерпевших требуют его
казни, прокуратура – пожизненного заключения, а жители Беслана
хотят одного – обо всем забыть.
   В   аэропорту   Владикавказа  службу  несут  хорошо  вооруженные
милиционеры  со  свирепыми лицами. Недружелюбным тоном  они  задают
прибывающим  обычные  вопросы: «Откуда вы приехали?  Зачем?  Какова
цель вашей поездки?» Каждый пассажир вызывает у них подозрение, нет
никаких  исключений,  вот уже девять месяцев. Ведь  владикавказский
аэропорт находится в Беслане.
   Беслан  от Владикавказа отделяют почти 20 километров. Дорога  на
Владикавказ идет из аэропорта мимо кладбища. На мраморной  плите  у
входа написано: «На этом месте будет установлен памятник всем  тем,
кто  в  период  с  1 по 3 сентября 2004 года стал жертвой  ужасного
преступления».  На могильных плитах смеющиеся детские  лица.  Перед
ними   лежат  разноцветные  мягкие  игрушки.  Во  время   нападения
террористов на бесланскую школу и штурма здания спецподразделениями
погибло 330 заложников. Также были убиты 31 из 32 преступников.
   В  центре  Владикавказа  в строго охраняемом  здании  Верховного
суда Северной Осетии идет суд над Нурпаши Кулаевым, подозреваемым в
соучастии  в  захвате  заложников.  Согласно  обвинению,   он   был
единственным  членом террористической банды, который пережил  штурм
бесланской  школы. В начале процесса родители убитых детей  в  зале
суда  так  громко  требовали казни Кулаева, что заседание  пришлось
отложить. Сегодня Кулаев отвергает все обвинения. На вопрос  судьи,
признает ли он себя виновным, Кулаев отвечает: «Нет».
   
   «Эти три дня» 
   Вот  уже  несколько месяцев жители Беслана не говорят ни  о  чем
другом, кроме как о прошлогоднем захвате заложников. Они мучительно
рассказывают об «этих трех сентябрьских днях», им больно, но они не
могут  об этом не говорить, это прямо-таки рвется из них. Например,
38-летний художник Фидар Фидаров, рассказывает, как 2 сентября один
пьяный отец напустился на милиционера: «Что ты здесь стоишь, идиот,
когда мой ребенок там подыхает? Сделай что-нибудь или пропусти меня
туда!»  А Анджела, жена Фидарова, говорит, что она больше не  хочет
жить здесь. «Недавно я привела свою десятилетнюю дочь в школу.  Она
показала на охранника, стоящего у входа, и сказала: «Мама, если что-
то случится, он же ничего не сможет сделать».
   Фатима Аликова не пошла на суд. Она не плачет и не говорит,  что
больше  не  хочет  здесь жить. Она вообще говорит очень  мало,  она
фотограф.  Аликова в туфлях на шпильках идет по огромному  кладбищу
Беслана  и при этом со своими длинными темными волосами и  в  белом
костюме  выглядит удивительно красивой и неземной. «Эту  фотографию
сделала  я.  –  Фатима показывает на снимок.  –  Никогда  не  могла
подумать, что она понадобиться здесь». Она поворачивается и идет  к
другой могиле: «С ней я сидела у окна».
   Фатиме  Аликовой  28  лет, но выглядит она  на  18  и  весит  49
килограммов. Это, возможно, и спасло ей жизнь. Взрывной  волной  ее
выбросило  из  окна бесланской школы. Она побежала  через  школьный
двор  и  перепрыгнула через забор. Фатима работает в местной газете
«Жизнь на правом берегу». 1 сентября в школе номер 1 она собиралась
снимать первоклассников. И тут появились террористы.
   Именно  газета Фатимы Аликовой убеждала весь мир в  том,  что  –
вопреки  официальным утверждениям – в школе содержатся  не  300,  а
тысяча  заложников. Мать Фатимы работает в той  же  газете  главным
редактором.  Их  офис расположен непосредственно рядом  со  школой.
Пока террористы удерживали заложников, она оставалась там, писала и
надеялась,  что  ее  дочь  выживет. «Фатима,  как  фотограф,  часто
разъезжает  по  регионам, в которых стреляют,  –  рассказывала  она
позже  одной  российской газете. – Я верила в ее способности  и  ее
благоразумие».
   
   
   Focus 23.05.05
   МОНОТОННЫЙ СПИСОК УБИТЫХ
   Борис Райтшустер
   
   Правосудие и «скорая помощь»: в России при драматических
обстоятельствах начался процесс против единственного оставшегося в
живых захватчика заложников в Беслане.
   Обычно  подсудимые  воспринимают стальные  клетки  в  российских
залах  суда,  в  которых им приходится находиться, как  унижение  и
оскорбление. Нурпаши Кулаев, напротив, должен радоваться,  что  его
от   судей  отделяют  решетки.  Стальные  сантиметровые  прутья   в
Верховном  суде Владикавказа защищают единственного  оставшегося  в
живых  захватчика  заложников в бесланской школе  от  родственников
погибших.  Скорбь  и гнев мужчин и женщин громко выплескиваются  из
душ прямо в зале суда.
   «Посмотри  сюда,  сюда, на фотографии, это мои  дети,  посмотри,
что  это были за дети», – перед работающими телекамерами женщина  в
черном   траурном   платье  и  таком  же  черном  платке   обвиняет
подсудимого, одетого в тренировочный костюм. Ее голос срывается, на
глазах  выступают  слезы.  Обвиняемый  Кулаев,  25  лет,  сам  отец
годовалого сына и двухлетней дочери, поворачивается в своей  клетке
к пострадавшим спиной и смотрит в пол.
   
   Душный, битком набитый зал
   Когда   прокурор  в  первый  день  процесса  монотонным  голосом
зачитывает список погибших с указанием их ранений и причин  смерти,
воздух  в  битком  набитом  и  душном зале  суда  будто  застывает,
рассказывают    очевидцы.   Периодически   кому-нибудь    требуется
медицинская помощь.
   Подсудимому,  который  падает в обморок, родственникам,  которые
больше  не могут испытывать муки, вызываемые чтением обвинительного
заключения, где перечисляются все новые жестокие и кровавые детали.
   
   «Разорвем его на куски»
   Кулаев  кажется то смущенным, то отсутствующим; как рассказывают
очевидцы,  он  порой  даже  засыпает.  Родственники  жертв  требуют
скорого  суда  и  пытаются пробиться сквозь милиционеров  к  клетке
Кулаева.  «К  чему этот суд? Отдайте его нам, мы  разорвем  его  на
куски»,  –  раздается  выкрик  из  зала.  Судья  Тамерлан  Агузаров
вынужден  прервать оглашение обвинительного заключения  и  отложить
слушание.
   
   Маленькое колесико в террористической машине
   Обвиняемый  Кулаев  был, очевидно, лишь  маленьким  колесиком  в
террористической  машине.  Убийство,  терроризм,  похищение  людей,
хранение  оружия  – это только некоторые из многочисленных  пунктов
обвинения  против Кулаева. Мужчина, который выглядит,  скорее,  как
мальчишка,  отказался  от своего частичного признания,  данного  на
предварительном следствии.
   Он  ничего не знал о захвате заложников, утверждает Кулаев. Брат
просто  взял  его  с  собой  на акцию. Он  ни  разу  не  стрелял  в
заложников,  только  в воздух. Кулаев говорит  тихо,  таким  слабым
голосом, что судья постоянно просит его говорить в микрофон. Кулаев
старается не встречаться глазами с родственниками.
   
   Ничего, кроме войны
   Чеченец   Кулаев  после  школы  не  получил  никакой  профессии,
никогда не работал; в своей взрослой жизни он не знал ничего, кроме
войны.  После  штурма  школы спецназом Кулаеву  удалось  неузнанным
преодолеть  три кольца оцепления. Когда он прятался под грузовиком,
жители  его опознали. Лишь с трудом солдатам удалось спасти его  от
растерзания.
   
   Процесс для снятия напряжения
   Материалы  дела  собраны в105 томах, приглашено  69  свидетелей.
Суд  отводит  на  процесс пять месяцев. Правовед  Эльбрус  Самтсаев
видит в этом процессе, в частности, попытку разрядить напряженность
среди   народов  Кавказа.  Если  Кулаева  обвиняют   в   связях   с
международным  терроризмом, гнев большинства осетин, обращенный  на
жителей  соседней  Ингушетии, должен смягчиться. Среди  захватчиков
заложников было много ингушей.
   
   Беспрецедентная жестокость
   Бесланская  бойня в сентябре 2004 года шокировала весь  мир.  32
отлично  вооруженных прочеченских террориста в первый  день  нового
учебного  года захватили школу номер 1 в североосетинском городе  и
удерживали  в  ней 1128 человек, взрослых и детей.  С  жестокостью,
беспрецедентной даже для террористов, они уже в первые  часы  убили
многих заложников.
   Потом  они  стреляли в спину убегающим детям. Террористы  хотели
вынудить  российские войска выйти из мятежной кавказской республики
Чечня.
   
   Помощники террористов в армии
   На  третий день после захвата заложников после взрыва спецназ  и
вооруженные  граждане атаковали школу. 330 человек  погибло,  среди
них  186  детей.  До  сего дня вокруг захвата  заложников  остается
немало тайн; критики говорят о несостоятельности спецслужб. Все еще
продолжающееся  расследование подконтрольного Кремлю  парламента  в
итоге   выявило,  что  террористы  получали  помощь  от  нескольких
высокопоставленных российских военных.
   Перед  Верховным судом в Беслане об этих соучастниках речи  пока
не было. У многих родственников нарастает недовольство, они боятся,
что  ошибки властей попытаются скрыть. Ответственность за эскалацию
ситуации  и  высокую смертность среди заложников они  возлагают,  в
частности, на вооруженные силы.
   
   Идеальные условия для террористов
   Перед  зданием  суда  стоят матери жертв с плакатами  и  требуют
также  посадить  на  скамью  подсудимых ответственных  политиков  и
чиновников.  Коррупция  –  это  одна  из  причин,  которая  сделала
возможным  захват  заложников, утверждают они. Всем  известно,  что
многочисленные милицейские посты на Северном Кавказе, как  правило,
можно миновать без паспорта и проверки в обмен на взятку. Идеальные
условия для вооруженных террористов.
   
   
   The Times 30.05.05
   БИТВА ЗА ДУШИ БЕСЛАНА
   Фиона Уолкер
   
   Шотландские специалисты предлагают помочь жертвам теракта в
российской школе. 
   Ирина  Гуриева с каштановыми волосами, завязанными  в  хвостики,
кажется  обычной  восьмилетней  девочкой.  Но  внешность  маскирует
пережитую травму: в течение полугода Ирина не произносила ни слова.
   Я  познакомилась с ней в мае, во время поездки в Беслан,  город,
ставший  символом бессмысленного убийства. На занятиях с психологом
она  надула  воздушный шарик и нарисовала на нем  черное,  страшное
лицо – лицо одного из террористов, оборвавших жизни ее друзей.
   Гуриева  подошла  к  врачу, чтобы тот  проколол  шарик  иголкой.
Когда  он лопнул, она обрела дар речи после многих недель молчания.
«Хорошо, что ты убил его», – сказала она.
   К  сожалению, случай Ирины не является чем-то необычным; сегодня
Беслан  известен  во всем мире из-за чудовищной  расправы  в  школе
прошлой  осенью. 330 из тысячи заложников, 180 из них – дети,  были
убиты,   когда   двухдневная  осада  завершилась   штурмом   здания
российскими спецслужбами.
   Горе   пострадавших  нашло  выход  в  последние   дни   в   суде
Владикавказа,  где  начался процесс Нурпаши Кулаева,  единственного
схваченного   члена   банды.   Но   немой   шок   является    более
распространенной реакцией на события прошлого сентября.
   В  это  травмированное сообщество приехала маленькая шотландская
группа,    в    состав   которой   входят   педиатры,    сотрудники
здравоохранения  и  социальные работники.  Их  задача  не  работать
непосредственно с жертвами, а обучать и консультировать  российских
коллег. Инциденты в британских городах Данблейм, Хангерфорд и  Омах
подготовили шотландцев к заграничной миссии.
   Они  стали ездить в Беслан в начале этого года, и я поехала туда
вместе  со  Стэном  и  Лиз Гоудек, семейной  парой,  участвующей  в
программе, запущенной Дунканом Макалеем, возглавляющим деятельность
социальных служб в городском совете Эдинбурга.
   Стэн,    ведущий    тренинги   со   специалистами    из    сферы
здравоохранения,  сказал: «Мы никогда не имели дело  со  зверствами
такого  масштаба.  Единственное, что мы  можем  предложить,  –  это
профессиональные    навыки,   которые   в    прошлом    оказывались
эффективными».
   Врачи из Беслана не сомневаются в ценности помощи шотландцев. Д-
р  Антонина  Лысенко,  директор московского центра  психологической
поддержки жертв травмы, заявила: «Опыт наших шотландских друзей был
чрезвычайно  полезен  для  развития  нашей  работы  с  выжившими  в
Беслане».
   Сегодня   пользу  шотландского  опыта  позволяют  оценить   лишь
небольшие  прорывы, достигнутые в работе с детьми и их  родителями.
Со временем его влияние станет более заметным.
   Стэна  и Лиз уже пригласили приехать снова, а на прошлой  неделе
Леонид  Рошаль,  директор Московского института экстренной  детской
хирургии,   который  вел  переговоры,  пытаясь  спасти  заложников,
побывал  в Эдинбурге, чтобы увидеть практическую работу шотландских
психологов.
   По  мнению  Российского  общества  детской  благотворительности,
сейчас  необходима интенсивная семейная психотерапия. Его  директор
Людмила  Королева  говорит: «Если им не помочь  сейчас,  они  могут
потеряться  в  жизни».  Именно  этого  боится  Стэн.  «Мы   обязаны
позаботиться, чтобы лечение не бросили на полпути. Это опасно».
   В   школе   сохранилось   баскетбольное   кольцо,   где   лежала
взрывчатка.  Под  него  приносят  цветы.  На  одной  из  стен  зала
написано:   «Ты   не  один».  Это  подтверждает  маленькая   группа
шотландцев.
   
   
   Liberation 03.06.05
   БЕСЛАНСКИЙ БОЕВИК ОБВИНЯЕТ РОССИЮ
   Лорен Мило
   
   Именно «штурм», начатый российским спецназом, привел к бойне 3
сентября в Беслане, заявил чеченец Нурпаша Кулаев – единственный
уцелевший захватчик заложников – в суде города Владикавказа, где
процесс по его делу идет уже две недели.
   На   третий   день   после   захвата   заложников   «Полковник»,
командовавший  отрядом, неожиданно «прибежал» в  спортзал,  где  на
полу  сидело более тысячи детей, их родителей и учителей, рассказал
во  вторник  24-летний Нурпаша Кулаев. «Штурм начался!» –  закричал
«Полковник», объявив, что одного из его людей только что  застрелил
снайпер. Он связался по мобильному телефону с оперативным штабом  и
стал  орать:  «Вы что делаете? Начинаете штурм? Не знаете,  сколько
здесь  детей?»  Потом  он  в ярости отшвырнул  телефон  и  приказал
«драться до конца».
   Согласно   этому   рассказу,   российским   снайперам    удалось
уничтожить двух боевиков, державших в руках две большие самодельные
мины,  которые  взорвались: это и послужило  причиной  двух  первых
мощных взрывов, прогремевших в 13:15.
   Эти  показания  противоречат версии российских властей,  которые
всегда   утверждали,  что  кровавую  развязку  истории  с  захватом
заложников в Беслане спровоцировали сами боевики, причем совершенно
«неожиданно». Конечно, к рассказу обвиняемого, который уверяет, что
он  «никого  не  убивал», следует относиться  с  осторожностью.  Но
официальная версия никогда не вызывала особого доверия.
   3  сентября  сами  власти заявили, что ровно в  13:00,  то  есть
перед  первыми двумя взрывами, они отправили к зданию  школы  троих
«спасателей»,  чтобы  забрать лежавшие во дворе  трупы.  Дальнейшее
развитие событий и показания Нурпаши Кулаева позволяют думать,  что
эти  «спасатели»  в  действительности были снайперами,  готовившими
штурм.
   
   
   BBC 04.06.2005
   БЕСЛАНСКИЕ МАТЕРИ ДОБИВАЮТСЯ ПРАВДЫ
   Хлоя Арнолд
   
   В бесланской школе номер один время остановилось 1 сентября
прошлого года, когда захват заложников привел к кровавой бойне, в
которой погибли 330 человек, в основном дети. 
   Полуразрушенные  стены  спортзала, куда  боевики  согнали  своих
жертв,  покрыты  следами от пуль, а от крыши здания  остались  лишь
обугленные балки.
   Время  остановилось и для женщин, которые потеряли  здесь  своих
детей.
   Им  не  стало  легче  переносить свое горе. Они  по-прежнему  не
знают, как 32 вооруженным до зубов боевикам удалось захватить целую
школу,   и   почему  три  дня  противостояния  закончились   резней
заложников.
   В  нескольких  километрах  отсюда,  в  столице  Северной  Осетии
Владикавказе  проходит суд над единственным из  выживших  боевиков,
захвативших школу – 24-летним Нурпашой Кулаевым.
   Каждый  день  в  зале  суда присутствуют хотя  бы  несколько  из
бесланских  матерей. Их легко узнать по черным траурным  платьям  и
платкам на голове.
   
   Ответственность власти
   Однако вместо того, чтобы дать ощущение логического завершения,
суд только усиливает их гнев. Они не понимают, почему через столько
времени после начала следствия на скамье подсудимых находится всего
лишь один человек.
   «Кулаева  просто  используют  как козла  отпущения»,  –  говорит
Сюзанна  Дудиева,  глава  Комитета  бесланских  матерей.  Сама  она
потеряла 13-летнего сына, Заурбека.
   Матери  считают,  что руководство России должно  взять  на  себя
часть ответственности за случившееся.
   Они  хотят,  чтобы  власти  ответили за  то,  что  боевики  было
позволено  беспрепятственно проехать  через  блокпосты  на  пути  в
Беслан,  за то что стихийно организованным местным ополченцам  дали
участвовать  в  спасении  детей, что, возможно,  привело  к  лишним
смертям, и за плохую подготовку посланных на место событий военных.
   Обстоятельства    трагедии    изучает    специально    созданная
парламентская комиссия. Однако матери подозревают власти в том, что
те от них чего-то скрывают.
   Однажды во время судебного заседания женщины сгрудились возле
решетки, за которой сидел Нурпаша Кулаев и стали умолять его:
«Просто расскажи нам, что на самом деле произошло».
   Женщины  говорят, что они пытались начать жизнь заново, хотя  бы
ради своих выживших детей.
   Но  это очень тяжело сделать в маленьком городке, где все вокруг
напоминает о случившемся.
   
   Игрушки на могилах
   В главном здании школы стены по-прежнему забрызганы кровью.
   В  кабинете химии пол засыпан обломками стен и разбитым стеклом.
Здесь  и там стоят бутылки с водой. Это подношение погибшим  детям,
которые в последние дни своей жизни мучались от жажды.
   На  кладбище  неподалеку от Беслана могилы усыпаны  цветами.  На
детских  могилах лежат мягкие игрушки, плитки шоколада и игрушечные
машинки.
   На  одном  из  участков похоронены сразу шесть человек  –  целая
семья, уничтоженная в бойне.
   На  этой  неделе бесланские матери одержали своего рода  победу,
вынудив  уйти  в  отставку  президента Северной  Осетии  Александра
Дзасохова.
   Он  подвергался  жесткой  критике  за  то,  как  он  осуществлял
руководство во время кризиса.
   Женщины  заявляют, что не будут сидеть сложа руки  до  тех  пор,
пока не станет известна вся правда.
   «Для  многих из нас все произошедшее остается тайной», – говорит
Аннета Гадиева, потерявшая 9-летнюю дочь Алану.
   «Мы ничего не знаем и ничего не понимаем. Мы просто не видим,  в
чем смысл этих страданий», – говорит она.
   
   
   Deutsche Welle 06.06.05
   ДЗАСОХОВ УХОДИТ В ОТСТАВКУ С ДОЛЖНОСТИ
   ПРЕЗИДЕНТА СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ
   
   Президент Северной Осетии Александр Дзасохов во вторник
официально сложит с себя полномочия главы республики. Как сообщила
пресс-служба североосетинского президента, это произойдет на
расширенном заседании парламента. О решении уйти в отставку
Дзасохов заявил на прошлой неделе. Этого шага требовали от него
многие жители Северной Осетии после теракта в Бесланской школе №1.
Они обвинили власти и главу республики в бездействии, приведшем к
гибели большого числа заложников.
   
   
   BBC 08.06.2005
   В ОБЗОРЕ РОССИЙСКИХ ГАЗЕТ: 
   НОВЫЙ ГЛАВА СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ
   
    «Не отходя от кассы»
   Пресса  активно обсуждает назначение Таймураза Мамсурова  главой
Северной Осетии.
   По  меткому выводу «Новых Известий», «Кремль не решился оставить
Северную Осетию без президента даже на пять минут».
   Газета  напоминает,  что  «первый акт смены  власти  в  Северной
Осетии  состоялся ровно неделю назад». В прошлый вторник  Александр
Дзасохов, который до этого, «несмотря на все акции протеста жителей
Беслана, упорно опровергал любые слухи о своей отставке, неожиданно
заявил, что «собирается уступить дорогу молодым».
   «Характерно, что это заявление прозвучало ровно через  20  минут
после  того,  как  стало известно о том, что  во  Владикавказ  едет
полпред президента РФ в ЮФО Дмитрий Козак, – саркастически отмечает
издание.  –  Как старый опытный аппаратчик, г-н Дзасохов постарался
сохранить лицо и решил не дожидаться, пока его снимут».
   Таймураз  Мамсуров  всегда  пользовался  уважением  среди  своих
земляков как крепкий хозяйственник и весьма опытный политик «Труд».
   «Как  говорится, не отходя от кассы, полпред предложил депутатам
утвердить   кандидатуру  нового  президента  Северной   Осетии,   –
продолжают  «Новые  Известия». – Оказывается,  еще  утром  Владимир
Путин официально внес представление на спикера парламента Таймураза
Мамсурова. Народные избранники возражать не стали».
   «Новоиспеченный  президент Северной Осетии, не дожидаясь  пышной
инаугурации,   тут   же  принял  присягу  на  заранее   припасенной
Конституции  республики.  Стало  ясно,  что  федеральный  центр  не
решился оставить проблемную республику без легитимного руководителя
даже на несколько минут, – заключает газета. – Торопились так,  что
даже   не   заметили  досадной  ошибки.  Своим  вчерашним  решением
парламент  Северной Осетии утвердил Таймураза Мамсурова  сроком  на
пять   лет,   хотя   в  Конституции  республики   четко   обозначен
четырехлетний срок».
   «Российская  газета» характеризует Мамсурова следующим  образом:
«Он  человек  системы еще с советских времен,  опытный  чиновник  и
политик,  обладает  глубокими  историческими  познаниями.  Мамсуров
избегает   шумных  компаний,  дорогих  фешенебельных   курортов   и
ресторанов. По оценкам близко знающих его людей, не прочь  вечерами
посидеть  в  тесной  дружеской компании, правда,  без  излишеств  и
пышностей на столе. Он здоров и по политическим меркам молод, ему в
апреле исполнилось пятьдесят лет».
   «Своих  политических пристрастий Мамсуров как  большой  дипломат
публично не выражает, но его антиамериканизм ни для кого не секрет,
–  пишет  издание. – В прошлом году он обвинил Вашингтон в попытках
дестабилизации ситуации на Северном Кавказе. В июне  2004  года  он
обратился к председателю Совета Федерации Сергею Миронову и спикеру
Госдумы  Борису  Грызлову с призывом защитить  интересы  российских
граждан  в  Южной  Осетии,  где, по его  мнению,  при  участии  США
разворачивалась новая фаза грузино-осетинского конфликта».
   Стало ясно, что федеральный центр не решился оставить
проблемную республику без легитимного руководителя даже на
несколько минут. Торопились так, что даже не заметили досадной
ошибки
«Новые Известия»
   «Исходя  из  этого  можно сказать, что с  приходом  Мамсурова  к
руководству в республике Россия получила последовательного борца за
единство  Кавказа, – обобщает «Российская газета».  –  Этот  выбор,
безусловно,    еще   один   цементирующий   кирпич   в    основании
общекавказского  дома.  И  в  этом смысле  справедливо  говорить  о
преемственности политики в Северной Осетии».
   «Трибуна.РТ»  приводит  данные последних опросов,  сообщая,  что
Мамсуров пользуется поддержкой большинства жителей Северной Осетии.
«Возможно,  многие помнят и отдают должное мужеству, с которым  вел
себя Таймураз Дзамбекович во время бесланской трагедии, когда среди
заложников в школе N 1 оказались его сын и дочь», – пишет газета.
   «Труд»   соглашается:  «Таймураз  Мамсуров  всегда   пользовался
уважением среди своих земляков как крепкий хозяйственник  и  весьма
опытный  политик. Его популярность особенно поднялась после событий
в бесланской школе N1».
   «Тогда  в  руках  террористов,  захвативших  в  заложники  около
полутора тысяч мирных граждан, оказались и дети Мамсурова – мальчик
и  девочка.  Узнав об этом, боевики предложили спикеру  осетинского
парламента забрать своих – без каких-либо предварительных  условий,
–   вспоминает   издание.   –  Мамсуров  показал   высший   образец
гражданского  мужества, ответив бандитам, что его  дети  выйдут  из
злосчастного   спортзала   только  вместе   со   всеми   остальными
заложниками».
   
   
   Radio Liberty 9.06.05
   ПУТИН СОХРАНЯЕТ СТАТУС-КВО, НАЗНАЧАЯ ГУБЕРНАТОРОВ
   Роберт Коулсон
   
   Отставка 31 мая президента Северной Осетии Александра Дзасохова
и обращения, последовавшие 2 июня от президента Ингушетии Мурата
Зязикова и губернатора Ростовской области Владимира Чуба, с
просьбами о доверии означают, что в ближайшее время в 24 из 89
российских регионов управление изменится в соответствии с новой
системой, введенной в действие в начале этого года. В ответ на
всплеск терроризма прошлым летом, кульминацией которого стал захват
заложников в школе Беслана, президент Владимир Путин заменил прямые
выборы глав исполнительной власти регионов системой, при которой
региональные законодательные органы утверждают кандидатов,
предложенных президентом.
   В  выступлении  13  сентября 2004 года  Путин  объявил  об  этой
реформе,  отметив,  что  война  с терроризмом  сделала  необходимым
обеспечение  единства государственной власти и логическое  развитие
федерализма. В то время многие критики говорили, что не видят связи
между  борьбой  с  терроризмом  и назначением  глав  исполнительной
власти  регионов. Независимый депутат Государственной Думы Владимир
Рыжков   сказал,   что  губернаторов  ослабит  отсутствие   мандата
народного доверия и это сделает их действия неэффективными в случае
кризиса в их регионах.
   Аналитик московского Центра Карнеги Николай Петров 6 июня  писал
в  The  Moscow  Times, что новая система стала  для  Кремля  дойной
коровой. По сведениям Петрова, губернаторы платят десятки миллионов
долларов, чтобы обеспечить себе повторное назначение, а те, кто еще
работает   по  старой  системе,  выстраиваются  в  очередь,   чтобы
заплатить  и  получить  благословение  Кремля.  Ссылаясь  на   свои
источники,  Петров писал, что некоторые губернаторы  расплачиваются
за  назначение не деньгами, а тем, что ставят на ключевые  посты  в
своих  республиках  людей, подобранных Кремлем. Это  означает,  что
коррупция  в местных администрациях укореняется все глубже.  Петров
предупреждает,  что  потенциал  нестабильности  в  непрозрачной   и
коррумпированной системе велик.
   
   
   Liberation 9.06.05
   НЕВЕРОЯТНЫЙ ДИАЛОГ РАДИ ПРАВДЫ О БЕСЛАНЕ
   Лорен Мило
   
   Во Владикавказе, в небольшом зале Верховного суда с 17 мая два
раза в неделю можно наблюдать ужасную картину. В клетке для
заключенных сидит 24-летний чеченец Нурпаши Кулаев – единственный
оставшийся в живых участник группы террористов, 1 сентября 2004
года захвативших школу номер 1 в Беслане. Перед ним – толпа женщин
и несколько мужчин, одетых в черное. Это родственники 318 убитых
заложников.
   При  виде  одного из тех, кто в течение трех дней терроризировал
их детей, оставлял их умирать от страха и жажды, а потом стрелял  в
спину  убегавшим, некоторые родители дают выход эмоциям. «Его  надо
убить  как  собаку,  –  говорит Виктор Есиев, 66-летний  пенсионер,
потерявший  в  школе  своего  сына. –  Эти  боевики  пришли,  чтобы
убивать. Они прекрасно знали, что Путин никогда не пойдет с ними на
переговоры. Во всяком случае, по поводу вывода российских войск  из
Чечни,  как  они того требовали». «Его нужно на площадь  вывести  и
расстрелять!» – кричит другой человек.
   Опытный  боевик.  Несмотря на  свое  горе,  все  родители
жертв  понимают, что этот молодой чеченец – лишь маленькое звено  в
цепи  событий.  Что его отдали им «на съедение», чтобы  они  смогли
выместить  на  нем весь свой гнев, пока прокуратура и парламентская
комиссия  продолжают  официальное  расследование.  Поэтому   матери
Беслана  приняли  решение,  в которое трудно  поверить:  попытаться
установить «диалог» с террористом. Одна за другой они обращаются  к
нему:  «Нурпаши,  тебе  терять уже нечего.  Но  здесь  сидят  люди,
которые  еще  должны жить после того, что произошло. Поэтому  прошу
тебя,  скажи нам правду. Расскажи все, что знаешь. Как вы  приехали
сюда. Какие разговоры ты слышал...» «Нурпаши, ты знаешь, что в этой
стране ни ты, ни мы ничего не стоим. Поэтому ты должен нам помочь».
«Нурпаши, скажи нам, кто был заказчиком этого теракта?!»
   Опустив  голову, Нурпаши Кулаев разглядывает свои кроссовки  без
шнурков,   не  осмеливаясь  даже  посмотреть  на  женщин,   которые
обращаются к нему. При каждом вопросе он направляется к микрофону и
на  скверном русском языке говорит, что до самого прибытия в Беслан
1  сентября он «не знал», что ему предстоит захват школы. Все решал
«полковник», командир их группы, бормочет он. По его версии, его  и
его  старшего брата, сражавшегося еще в первую чеченскую войну 1994
года,  взяли в группу в Ингушетии, где они жили, лишь за  несколько
дней до захвата заложников.
   Однако  Сусанна Дудиева, председатель комитета матерей  Беслана,
надеется  узнать  больше. «Я не уверена,  что  он  был  всего  лишь
пешкой,  –  говорит она, – потому что его брат Ханпаши был  опытным
боевиком, которого взяли в бесланскую группу, хотя он потерял руку.
А  Нурпаши, видимо, был полезен в качестве помощника своего брата».
В  течение  трех  дней Нурпаши Кулаева не было  среди  террористов,
державших заложников в спортзале. Это подтвердили все свидетели,  и
это  позволяет предположить, что он находился на втором  этаже  или
помогал командирам отряда.
   Огнеметы.  «Мы  еще надеемся, что этот  процесс  позволит
нам  что-то  узнать,  – вздыхает Руслан Тебиев,  68-летний  дед,  3
сентября  2004  года потерявший жену. – Но я считаю, что  настоящий
виновник  – не этот дурачок. Настоящих виновников нужно  искать  во
власти и в ФСБ, которые спровоцировали террористов, дали им доехать
до  Беслана,  а  потом даже не попытались спасти  детей.  Моя  жена
сгорела  заживо  в  спортзале, по которому  российские  спецназовцы
выстрелили  из  огнемета. Из огнемета!» В домах, окружающих  школу,
этот дед нашел десять огнеметов и гранатометов, использованных  при
штурме. Лишь после того, как он в при свидетелях передал часть этих
находок прокурору, официальное следствие начало признавать, что это
оружие   действительно  применялось.  С  тех  пор  жители  Беслана,
уверенные,   что   для  сокрытия  правды  сделано  все   возможное,
продолжают вести собственное расследование.
   
   
   Liberation 9.06.05
   «МЫ БОИМСЯ, ЧТО ЕГО УБЕРУТ И ПРОЦЕСС ПРЕКРАТИТСЯ»
   Лорен Мило
   
   В центре Беслана матери 186 детей, убитых в ходе инцидента с
захватом заложников, создали небольшое бюро, в котором они
встречаются, помогают друг другу и координируют свою «борьбу за
правду». Комитет возглавляет 43-летняя Сусанна Дудиева, у которой 3
сентября погиб сын.
   – Чем является этот процесс для вас?
   –  Мы  пытаемся  установить человеческий диалог с  Кулаевым.  Он
хочет  убедить нас, что не виновен, и мы готовы ему поверить,  если
он  поможет нам узнать правду. Мы хотим знать, кто нас предал.  Кто
спланировал  захват заложников, кто из российских  должностных  лиц
был   в   этом   замешан.  Потому  что  мы,  матери,  может   быть,
единственные,  с  кем  он еще может говорить  откровенно.  Если  он
скажет правду, мы готовы его простить. Мы хотим, чтобы расплатой за
нашу боль стала правда, а не кровь.
   – Вы боитесь, что его убьют в тюрьме?
   –  Да,  сейчас,  когда  они  начал говорить  и  излагать  версию
событий,  которая сильно отличается от версии властей,  мы  боимся,
что  его уберут и процесс будет внезапно остановлен. Мы хотели  бы,
чтобы   до   конца   следствия  за  него  поручилась   какая-нибудь
международная организация.
   –  Как  вы  можете ожидать правды от  террориста,  который
захватил в заложники ваших детей? 
   –  Мы ищем правды у Кулаева, потому что не можем узнать ее ни от
наших  чиновников,  ни  от наших органов безопасности.  3  сентября
власти   начали   в  бесланской  школе  операцию   по   уничтожению
террористов, а не операцию по спасению детей. У нас есть свидетели,
которые  рассказывают,  каким образом был начат  штурм:  действиями
извне.  Другие видели, как российские войска били из  огнеметов  по
крыше   спортзала,   где   находились  заложники.   Известно,   что
большинство  детей сгорели в спортзале, когда на них упала  горящая
крыша. Почему власти не сделали все, чтобы их спасти? Узнать правду
– это единственная гарантия, что такого больше не повторится.
   –  Сначала  вы  обвиняли местные,  осетинские  власти.  Но
разве  не  федеральные службы и президент Путин были  первыми,  кто
должен был позаботиться об освобождении детей?
   –  Мы  знаем, что Путин тоже виноват в случившемся. Он президент
страны, где произошел этот акт терроризма и идет война в Чечне. Уже
десять  месяцев  мы требуем встречи с ним, и за эти десять  месяцев
даже не получили ответа на нашу просьбу. 24 мая мы послали ему  еще
одно письмо, в котором написали: если потребуется, мы пешком придем
в Москву, лишь бы с ним встретиться.
   – Не боитесь ли вы навлечь на себя репрессии? 
   –  Худшее,  что с нами могли сделать, уже сделано. Но мы  хотели
бы,  чтобы  нас  поддержали международные женские  организации  или
организации жертв терроризма.
   
   
   Daily Telegraph 20.06.05
   БЕСЛАНСКИЕ РАНЫ ВСЕ ЕЩЕ КРОВОТОЧАТ,
   А РАССЛЕДОВАНИЕ ПЫТАЮТСЯ ЗАМЯТЬ
   Джулиус Стросс
   
   Тамиле не было и двух лет, когда ее мать Алена ушла на работу 1
сентября прошлого года. Учительница русского языка в школе номер
один города Беслана, она не хотела пропустить церемонию, которая
знаменует начало учебного года в России.
   Через  три  дня двадцативосьмилетняя светловолосая женщина  была
мертва, попав в число 333 заложников, погибших во время перестрелки
или  взрыва после неуклюжей попытки российских спецслужб освободить
их из рук террористов.
   Сегодня  Тамила  живет со своей бабушкой по  материнской  линии,
Натальей  Саламовой, в нескольких минутах ходьбы от той школы,  где
погибла ее мать. Каждый раз, когда звенит дверной звонок, она бежит
к  двери  с криками: «Мама, мама». В остальное время она  ходит  по
квартире с большим портретом своей матери.
   «Алена  всегда  хотела  быть  учителем.  Она  любила  детей»,  –
говорит  Наталья Саламова, а на ее глаза набегают слезы. – Мы  пока
не говорили Тамиле, что случилось. Она слишком маленькая, чтобы это
понять».
   На  прошлой неделе в этом маленьком городке на юге России  самый
худший  учебный  год,  который только можно вообразить,  подошел  к
концу.
   После  трагедии  в город поступили миллионы фунтов  гуманитарной
помощи,  раненых направили в лучшие больницы Европы,  а  многие  из
выживших  детей  смогли  бесплатно отдохнуть  за  границей.  Однако
девять  месяцев спустя родители и родственники все еще ждут,  когда
же наконец они услышат правду о тех чудовищных днях.
   Несмотря   на   обещания   официального  расследования,   власти
последовательно откладывают обнародование его результатов.
   Вместо  того чтобы признать свою ответственность за  трагедию  –
которая,    по    крайней   мере   частично,   стала    результатом
некомпетентности  российских спецслужб – ни один из  представителей
федеральной власти не был уволен из-за происшедшего.
   Единственный   чиновник,   ушедший   в   отставку,    занимавший
относительно  скромное  положение  министр  внутренних  дел  Казбек
Дзантиев,  получил тепленькое местечко в Москве благодаря Владимиру
Путину.
   Многие  ключевые  вопросы о том, как теракт в  Беслане  оказался
возможным, остаются без ответа.
   Местные  жители  хотят знать, как террористы  смогли  проникнуть
через  заградительные  посты на границе  их  небольшой  республики,
почему во время операции в школе были использованы танки и огнеметы
и, самое главное, кто отдал приказ о штурме.
   Российские   власти   имеют  давнюю  традицию   срывать   факты.
Расследование гибели 130 заложников во время спасательной  операции
после   захвата  заложников  в  московском  театре  в  2002   году,
проводимое Кремлем, незаметно оказалось на полке.
   В  Беслане,  по  официальным данным, в  школе  было  меньше  400
заложников,  в то время как местным жителям известно, что  их  было
около тысячи.
   Террористы  сказали, что отпустят детей, если  власти  освободят
их  находящихся  в  заключении товарищей и начнут вывод  российских
войск  из  Чечни,  однако  Кремль заявлял, что  никаких  конкретных
требований они не выдвигали.
   «Власти  обманывали  нас  с  самого начала»,  –  говорит  Фатима
Келехсаева, член комитета матерей Беслана.
   В  самом  городе шрамы трагедии все еще видны. Школьный спортзал
по-прежнему  выглядит выжженным остовом с пробоинами от  взрывов  в
настиле.
   Бутылки  воды  и  большие  букеты  цветов  –  красных,  синих  и
сиреневых  – лежат у стен и на полу. Разложившаяся плоть  указывает
на то месте, где взорвалась террористка-смертница.
   В  других местах можно наблюдать страдание родственников. Кто-то
написал  на  стене: «Никогда не высохнет ваша кровь и  наши  слезы.
Простите нас, что мы еще живы, а вы – нет».
   Рядом  с  кухней  кто-то написал слова благодарности  российским
спецслужбам, потерявшим несколько солдат в процессе штурма, пытаясь
спасти детей. Еще кто-то написал: «Путин, ты – убийца детей».
   Траур   и   длительный  процесс  заживления   у   многочисленных
родственников пострадавших сменяется не шоком и чувством потери,  а
растущим гневом и чувством горечи.
   «Это  все власти, – говорит 65-летняя Зарема Дзутуева. – Они  не
говорят  нам ни слова правды, а когда мы протестуем, они  заявляют,
что мы поднимаем слишком много шума».
   
   
   Radio Liberty 21.06.2005
   ВЕРХОВНЫЙ СУД СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ 
   ПРИОСТАНОВИЛ СЛУШАНИЕ ПО ДЕЛУ НУРПАШИ КУЛАЕВА
   
   Верховный суд Северной Осетии приостановил сегодня слушания по
делу Нурпаши Кулаева из-за протеста родственников погибших в
результате теракта в Беслане. Во время допроса одного из
потерпевших жители Беслана обвинили представителей прокуратуры в
том, что они задают «не те вопросы» и покинули зал заседания. После
перерыва большинство – отказались вернуться в зал. Нурпаши Кулавеа
единственный оставшийся в живых участник захвата школы в Беслане,
обвиняется по восьми статьям уголовного кодекса. Подсудимый не
признает своей вины.
   
   Radio Liberty 23.06.2005
   Заместитель генерального прокурора России Николай Шепель  назвал
незаконной  комиссию североосетинского парламента по  расследованию
теракта  в  Беслане.  На пресс-конференции во  Владикавказе  Шепель
заявил,  что  председатель этой комиссии Станислав Кесаев  скрывает
источники  информации и не помогает следствию. Кесаев  неоднократно
заявлял, что следствие игнорирует собранные его комиссией сведения,
например,  о  том, что большая часть заложников в бесланской  школе
погибла из-за использования военными огнеметов «Шмель».
   
   
   Die Welt 23.06.05
   НЕИЗВЕСТНЫЕ УГРОЖАЮТ 
   БЫВШЕМУ БЕСЛАНСКОМУ ЗАЛОЖНИКУ
   Манфред Квиринг
   
   Свидетель бойни в бесланской школе попал под давление перед
дачей свидетельских показаний. Родственники сомневаются в
официальной версии следствия. 
   В   процессе   против   Нурпаши   Кулаева,   который   считается
единственным  оставшимся в живых террористом из участников  захвата
заложников в бесланской школе в сентябре прошлого года, дело  дошло
до  скандала.  Когда  один из свидетелей выступал  перед  Верховным
судом  Северной Осетии во Владикавказе, он признался, что  на  него
было  оказано давление и поэтому он дал заведомо ложные  показания.
Родственники  жертв  в знак протеста покинули  зал  суда.  Слушание
дела,   которое  продолжится  сегодня,  было  прервано.  Во   время
трагических событий в Беслане было убито 330 человек, среди них 156
детей.
   Казбек   Дзарасов,  бывший  заложник,  сначала  почти   дословно
повторил в своем выступлении версию следственных органов о развитии
событий, которые сопровождали драму с заложниками. Но когда зрители
репликами  из  зала напомнили ему о том, что непосредственно  после
теракта он говорил совсем другое, Дзарасов взял свои слова обратно.
Он рассказал, что в ночь, предшествующую даче показаний в Верховном
суде,  на  него  надавили  «трое неизвестных».  Они  были  одеты  в
камуфляж и посоветовали ему срочно «заткнуть рот».
   Ему  запретили  говорить  о  том,  что,  когда  он  находился  в
заложниках, террористы заставили его вскрыть пол в школьном  здании
и  вытащить  оттуда  оружие, спрятанное там, очевидно,  задолго  до
трагедии. Косвенно это подтвердила одна из свидетельниц.  В  школе,
захваченной  террористами,  она сидела рядом  с  учителем,  который
позже  был  убит.  Он  ей рассказал, что оружие действительно  было
спрятано  в  школе.  Однако  это противоречит  официальной  версии,
согласно  которой  у террористов было лишь то оружие,  которое  они
привезли с собой.
   Кроме   того,   очевидно  продолжительная   и   целенаправленная
подготовка к теракту, о которой в обвинительном заключении  нет  ни
слова, снова поднимает вопрос, на который жители Беслана непременно
хотят получить ответ: почему именно мы?
   Тем  временем из свидетельских показаний все более явно вытекает
подозрение, что стрельбу, за которой последовал штурм школы, начали
не  террористы, а российские спецподразделения. Светлана Дзабисова,
тоже  бывшая  заложница,  рассказала, что  в  спортзале  оставались
только  те  террористы,  которые следили за  взрывными  механизмами
установленных там зарядов. Все другие вышли, чтобы приготовить себе
поесть. «В этот момент все и началось», – сказала свидетельница.
   Другие   очевидцы  сообщили,  что  террористы   покидали   школу
группами,  их  преследовали  военные.  Через  несколько  часов   их
расстреляли в окрестностях города. Официально сообщается, что кроме
обвиняемого Кулаева никто из террористов не выжил. Бесланцы так  не
считают.  Прокуратура  обвиняет Кулаева в  терроризме,  убийстве  и
нападении на сотрудников правоохранительных органов. Он находился в
школе  вместе  с  другими  террористами,  и  этого  подсудимый   не
отрицает.
   
   
   The Observer 27.06.05
   МАТЕРИ ПРОЯВЛЯЮТ СОЧУВСТВИЕ К БЕСЛАНСКОМУ УБИЙЦЕ
   Том Парфитт
   
   По   сравнению  с  первым  днем  начавшегося  в  прошлом  месяце
судебного процесса над обвиняемым в убийстве и терроризме  Кулаевым
на  узких  сосновых  скамейках Верховного суда Северной  Осетии  во
Владикавказе, заполненных на каждом заседании женщинами в  траурных
платках, произошли существенные изменения. Этот феномен уже получил
в  российской  прессе  название «бесланский  синдром»  –  некоторые
матери  начали защищать чеченца Кулаева и обратили свой гнев против
Кремля.
   «Единственный  пункт,  по  которому он  виновен,  –  это  захват
школы,  –  сказала на слушании одна из матерей, Марина  Пак.  –  Он
должен  участвовать  в  этом  процессе  как  свидетель,  а  не  как
обвиняемый».  То, как они относятся к 24-летнему Кулаеву,  отражает
гнев   родственников  жертв,  которые  говорят,   что   государство
покрывает некомпетентность и коррупцию во время захвата в  сентябре
прошлого года. Многие чувствуют, что судебный процесс над Кулаевым,
который,  как  ожидают, получит пожизненный срок,  призван  отвлечь
внимание от промахов властей.
   «С  Кулаевым  уже  все  ясно,  –  говорит  разгневанная  Сюзанна
Дудиева, возглавляющая Комитет бесланских матерей, ее 13-летний сын
Заур  погиб  во  время  захвата. – Мы  хотели  бы  увидеть  в  суде
руководителей  правоохранительных органов и органов  безопасности».
Она  критикует прокуроров за некорректные вопросы и призывает особо
охранять  Кулаева  в  тюрьме,  чтобы гарантировать  его  дальнейшие
показания.
   «Я  боюсь, что с ним может произойти сердечный приступ,  или  он
упадет  с какой-нибудь лестницы, – сказала Дудиева газете Observer.
–  Поскольку он рассказывает правду о том, что произошло, это может
не  понравиться  каким-то шишкам». Дудиева  говорит,  что  если  бы
Кулаев  сказал все, что знает, то она просила бы о его помиловании.
Она  и  другие  родственники считают отчет парламентской  комиссии,
запланированный на октябрь, не больше чем подачкой.
   Некоторые  свидетели  утверждают, что  финал  53-часовой  осады,
кровавая  бойня,  в  которой от взрывов и артиллерийского  обстрела
погибли  сотни  заложников,  был спровоцирован  снайперской  пулей,
выпущенной одним из солдат, окружавших школу.
   Другие  говорят,  что в школе до захвата был  спрятан  тайник  с
оружием,  которое боевики извлекли после захвата.  Один  из  бывших
заложников,  который  был  готов давать  показания,  противоречащие
официальной версии, сообщил, что к нему ночью приходили неизвестные
агенты спецслужб и предупреждали его, чтобы он «закрыл рот, если не
хочет быть убитым».
   На  прошлой неделе комитет составил гневное письмо в прокуратуру
с  требованием  начать  дело по обвинению в преступной  халатности,
среди  прочих,  против  главы  ФСБ  Николая  Патрушева  и  министра
внутренних дел Рашида Нургалиева.
   «На  скамье  подсудимых рядом с Кулаевым  еще  много  места  для
всех, начиная с Путина и заканчивая нашими местными чиновниками», –
говорит  41-летняя Залина Губурова, которая сидела  на  местах  для
публики, держа в руках портреты своей матери Веры и 10-летнего сына
Сослана, которого боевик убил выстрелом в голову. Ее 69-летняя мать
погибла  в  огне, который запалили, по мнению некоторых, солдаты  с
помощью зажигательных устройств. «Власти пытаются закрыть глаза  на
реальность, – говорит Губурова. – Устроить суд над Кулаевым  –  это
все равно что бросить нам кость, как собакам».
   
   Заместитель  генерального прокурора Николай  Шепель,  отвечая  в
пятницу  на  требования  призвать к ответу  представителей  власти,
сказал:  «Вопрос о роли каждого из них будет рассмотрен». Мало  кто
ожидает    конкретных   последствий.   Однако    матери    остаются
непоколебимы. «Наши поиски истины будут продолжаться до  последнего
дня, пока мы живы», – говорит Губурова.
К содержанию || На главную страницу