Виктор БУЙВИДАС

ГОРОД МЕРТВЫХ МОЖЕТ СТАТЬ ОСЕТИНСКОЙ АТЛАНТИДОЙ

   
   
   Уникальное  открытие  сделали осетинские археологи.  Адайдонский
некрополь  в  Зарамагской  котловине существовал  и  функционировал
беспрерывно  800  лет,  начиная  с  XIV  века  до  нашей  эры.  Это
единственный такой некрополь не только в Северной Осетии, но  и  во
всей  России. В связи со строительством Зарамагской ГЭС и  грядущим
затоплением  котловины  уникальному  памятнику  мирового   значения
угрожает судьба Атлантиды…
   Зарамагская  ГЭС строится более 30 лет, а деньги  археологам  на
раскопки  выделили  только в конце августа 2007-го  года.  На  июль
нынешнего года запланировано затопление Зарамагской котловины.  Под
воду  уйдет  уникальный  Город мертвых, аналогов  которому  нет  на
планете.
   На  вопросы  корреспондента  отвечает  Хасанбек  Чшиев,  старший
научный  сотрудник, начальник Адайдон-ского отряда  археологической
экспедиции Института истории и археологии при СОГУ РСО-А.
   
   –  Мне рассказывали, что все началось с того, что рабочие  во
время строительства подъездной дороги случайно наткнулись на какие-
то  каменные  ящики, которые оказались древними захоронениями.  Это
так?
   
   –  Это  не  совсем  так.  Дорога, о которой  вы  говорите,  была
пробита около 3 лет назад. Однако все завертелось на полную катушку
после   того,   как  наша  экспедиция  в  2006  году   выехала   на
археологические разведки в районе Зарамагской плотины. То  есть  мы
не  знали,  что  там  находятся эти каменные ящики.  Мы  занимались
своими  плановыми археологическими разведками. И, осмотрев  районы,
которые   намечались,  мы  несколько  расширили  круг   поисков   и
неожиданно для себя наткнулись на эту вот старую дорогу  (к  нашему
приезду  эта  дорога  уже два года как была  пробита).  И  мы,  как
специалисты,  увидели,  что строители 2 года  назад  потревожили  и
разрушили  несколько гробниц. После этого нами на этом  месте  были
забиты разведочные шурфы. И эти шурфы дали положительный результат.
В  2006 году в ходе разведочных раскопок было раскопано 4 гробницы.
В  2007  году  –  уже  по договору – нами было  раскопано  на  этом
могильнике  более  50  погребений.  Причем  ситуация  в  2007  году
кардинально  изменилась, так как в 2006 году мы думали,  что  имеем
дело  с однослойным могильником, где погребения располагаются одним
ярусом, однако в 2007 году при полномасштабных раскопках мы поняли,
что   столкнулись  с  совершенно  неизвестной  ситуацией.  То  есть
оказалось, что могильник идет вверх по склону. Он занимает  среднюю
террасу  реки  Адайдон  –  причем идет четырьмя  ярусами,  четырьмя
полками. На одной террасе. Каждый ярус оказывается другого времени.
То  есть  время, когда первые древнейшие жители поселились  там,  в
Зарамаг-ской котловине, и стали хоронить, относится к XIV  веку  до
нашей  эры,  а  самые  последние – к  скифскому  времени.  То  есть
Адайдонский  некрополь существовал и функционировал  беспрерывно  в
течение  более 800 лет. Это единственный такой могильник –  древний
некрополь – не только в Северной Осетии, но и на всем Юге России.
   
   – Что там было найдено?
   
   –  Там,  без  преувеличения, был найден  уникальный  материал  –
большое  количество  бронзовых предметов, серебряные  вещи  (копья,
зооморфные  привески)  периода  раннего  этапа  кобанской  культуры
XIV–XIII  веков  до  нашей эры. Эти вещи  не  просто  интересные  –
уникальные,  так  как, в определенной степени, закрывают  лакуну  в
исследовании  древнекавказских раритетов. Потому что  эта  эпоха  –
XIV–XIII века, – в принципе не изучена на Центральном Кавказе.
   
   – То есть это уникальное древнее кладбище?
   
   –  Это  не  просто древнее кладбище, это – древний некрополь  со
своими  улицами,  со  своими переулками,  причем  каждый  ярус  был
вымощен  плоскими  черными плитами. То есть в  определенном  смысле
территория  могильника  представляла собой древний  Город  мертвых.
Улицы  этого  города были замощены. Там периодически осуществлялись
религиозные   обряды.  Фактически  –  это  эталонный  памятник   по
кобанской  культуре,  да  и вообще по древнекавказской  культуре  в
целом.  Этот  уникальный  Город мертвых можно  было  бы  показывать
туристам. К сожалению, это все будет затоплено.
   
   – Но затопление ведь только будет? Кстати, когда?
   
   –  Первоначально предполагалось, что это будет осень 2007  года.
Сейчас сроки отодвинуты до июля 2008 года.
   
   – То есть летом этого года ГЭС уже начнет работать?
   
   –  ГЭС  может  еще  не начать работать, но котловина  уже  будет
затоплена. С целью проверки функциональности плотины.
   
   –  И  что останется ценного, на ваш взгляд, под водой?  Никак
нельзя  сделать  так,  чтобы  этот  древний  город  мертвых  с  его
дорогами, домами-склепами и так далее сохранился? Никак нельзя  его
сберечь для потомков? 
   
   –  Перед  нами,  к сожалению, очень поздно (в  конце  лета  –  в
начале  осени  2007  года)  была поставлена  проблема  в  авральном
порядке  раскопать  памятники археологии Зарамага.  Согласно  букве
Закона  это  должно было быть сделано, как минимум,  несколько  лет
назад.  Однако, к сожалению, это произошло достаточно  поздно.  Как
только  появилась первая возможность, мы подписали первые  договора
на    историко-археологическое   исследование    ложа    затопления
Зарамагской  ГЭС.  И  немедленно приступили к  работам.  В  течение
нескольких  дней были развернуты 4 экспедиции, в том  числе  и  моя
экспедиция    –   Адайдонская,   которая   занималась    раскопками
Адайдонского могильника кобанской культуры. Могильник находится  на
самом  дне  ущелья. Он попадает в самую первую очередь  затопления.
Поэтому  самое  первое,  что  там  должно  быть  выкопано,  это   –
Адайдонский могильник. По нашей, археологов, инициативе  выше  зоны
затопления    должна   быть   построена   копия    древнекобанского
Адайдонского  некрополя. Мы предлагаем в том месте,  куда  вода  не
дойдет,  из  тех  же больших черных сланцевых плит построить  копию
какой-нибудь  большой древнекобанской гробницы.  И  там  разместить
захоронения тех самых костей, которые нами были выкопаны.
   
   – То есть вы хотите перенести выше этот могильник?
   
   –   Мы  хотим  перезахоронить  останки  адайдонских  кобанцев  в
большой гробнице, представляющей копию одной из их гробниц, выше по
склону, в недоступном для воды месте.
   
   – Сколько выкопано на сегодняшний день?
   
   – Около 50%.
   
   – Какой ярус самый интересный? 
   
   –   Они  все  интересны.  Каждый  по-своему.  Дело  в  том,  что
погребения  каждого  яруса  несколько отличаются.  Менялось  время,
менялся обряд. Если мы возьмем гробницы первого яруса – XIV века до
нашей  эры  – древнейшие на могильнике, то погребальные  сооружения
той  эпохи  представляют собой массивные каменные  гробницы,  стены
которых  – подквадратной формы. Примерно два с половиной на  два  с
половиной метра. И там было по несколько костяков.
   
   – То есть хоронили целыми семьями?
   
   –  Да.  Причем погребенные лежали в вытянутом положении, с очень
большим количеством погребального инвентаря.
   
   –   Клали   те   предметы,  которыми  они  пользовались   при
жизни?
   
   –  С  чем  они  жили,  это  будет найдено  на  городище,  на  их
поселении,  которое, к слову сказать, на сегодняшний  день  еще  не
обнаружено.  А  для  потустороннего мира  с  ними  в  могилы  клали
специальные   предметы,  то  есть  лучшие  предметы,   определенный
традиционный набор, необходимый, по их представлению, для  жизни  в
за-гробном мире. Это – оружие для воинов, это атрибутика  вождей  и
жрецов,  и это – большое количество парадных украшений для  женщин.
Например,  нами  было  выкопано и в 2006, и в 2007  году  несколько
булав.  Булавы  –  символы власти. Кстати,  они  чем-то  похожи  на
казачьи  атаманские  булавы  17-18  вв.  Также  нами  были  найдены
ритуальные  топоры,  которые играли свою роль  во  время  жреческих
мистерий.  Там же были найдены жреческие привески в виде  крылатого
барана  (фарна),  крылья  которого оформлены  в  виде  двух  боевых
топоров.
   
   – А выше там что-то ценное есть еще?
   
   –  Безусловно.  Есть и другие памятники. Это Цмийское  городище,
Зарамагское  поселение, Мамисонский могильник. В 2007  г.  на  этих
объектах  также проводились археологические спасательные  раскопки,
однако они не закончены.
   
   – Это что, тоже будет затоплено?
   
   –  Это  тоже будет затоплено, но там должны быть проведены,  так
же  как  и  на Адайдонском могильнике, в этом, 2008 году,  охранно-
спасательные  работы. Основная проблема сейчас заключается  в  том,
что  50%  территории Адайдонского могильника пока  не  выкопано.  И
более   того,  Зарамагская  ГЭС  строится  уже  30  лет.  А  деньги
археологам  на  раскопки были даны в конце августа–начале  сентября
2007 года.
   
   – Это ли не абсурд?
   
   –  Сейчас  нам  предлагают выкопать эти колоссальные  площади  с
огромным количеством сложных погребальных сооружений за 2-3 месяца!
На  сегодняшний  день – у нас середина февраля, и до  сих  пор  нет
ясности с финансрованием на текущий год.
   
   – А вы зимой копать не можете?
   
   –  Не  можем.  Методика не позволяет. Мы не сможем зафиксировать
то,  что  мы  выкапываем.  Не говоря уже  о  том,  что  элементарно
холодно.  Мы  в прошлом, 2007 году, уехали из Зарамага 16  декабря,
когда  снеговой  покров  поднялся выше  25  сантиметров.  До  этого
времени  мы  продолжали раскопки, пытаясь успеть как можно  больше.
Скоро   уже  весна.  Я  очень  боюсь,  что  прошлогодняя   ситуация
повторится,  и  нас  опять поставят перед  фактом  того,  что  надо
совершить  какие-то гигантские подвиги, сделать раскопки в  течение
двух  недель.  Вместо  того,  чтобы заранее  подготовить  договора,
заранее  подготовить всю документацию, профинансировать эти работы,
чтобы мы, как положено, начали копать ранней весной.
   Памятники,  которые выявлены в Зарамагской котловине, неожиданно
оказались лучшими элементами древнекавказской цивилизации. Это  так
совпало.   В   частности,  Адайдонский  могильник   древнекобанской
культуры,  как  я  уже говорил, является эталонным  для  древностей
всего  Юга России. Более того, нами были поданы документы в  ЮНЕСКО
для  того,  чтобы  этот  памятник и  его  материалы  были  признаны
национальным   достоянием  всего  человечества.  И   у   нас   есть
уверенность в том, что этот памятник будет признан на международном
уровне.
   Ведь   эти  находки  являются  культурным  наследием  не  только
Осетии, но и всех народов Кавказа, России. Аналогичных некрополей в
России пока больше нет. То есть они были раньше, но известные ранее
все были разграблены и вывезены за границу в конце XIX в. Сейчас  –
это   единственный  неразграбленный  обширный  некрополь  кобанской
культуры. Поэтому мы и хотим, чтобы все было сделано согласно букве
закона   и  принципам  современной  научной  методики.  Адайдонский
некрополь известен миру буквально всего несколько месяцев.  Но  его
материалы    уже    присутствуют   на   нескольких    международных
археологических конференциях. По материалам Адайдонского могильника
было   уже   несколько  публикаций  в  специализированных   научных
журналах,  и  они даже фигурируют в одной из монографий.  Настолько
большой интерес у всех специалистов, ученых к этим материалам.
   
   –  В  марте  состоялась Московская международная  конференция
«Археологические   исследования  в  России.   Новые   материалы   и
интерпретации». Как Вы попали на этот форум?
   
   –   Месяца   за  два  до  начала  конференции  меня   пригласило
руководство   нашего  головного  Института  археологии   Российской
Академии  наук. Московские ученые были знакомы с материалами  наших
раскопок и пригласили нас на итоговую конференцию. Речь на ней  шла
о  том,  что самого интересного было найдено в России за  последние
несколько  лет.  Мы  подготовили  доклад,  иллюстрации  к  докладу.
Заседания проходили в самом здании Московского Института археологии
и  в  здании  Академии  наук на площади  Гагарина.  В  основном  на
конференции были представлены раскопки российских археологов,  хотя
были доклады археологов из Франции, Чехии, США.
   
   – Как был воспринят Ваш доклад?
   
   –  На  мой  доклад  пришло  очень много  специалистов  по  эпохе
поздней  бронзы,  раннего  железа, там были  и  люди,  занимающиеся
кобанской   культурой,   скифами,  киммерийцами…   Даже   те,   кто
профессионально  занимается  сарматами,  тоже  пришли,  потому  что
кобанская  культура  находилась  в определенном  взаимодействии  со
всеми  этими культурами. Специалистам было интересно узнать о новом
памятнике,  о  его хронологии. Регламент доклада был  25  минут.  Я
привез  с  собой около 50 иллюстраций, которые через проектор  были
выведены на экран. Иллюстративный материал, сопровождавший  доклад,
тоже вызвал большой интерес. Последовала масса вопросов.
   
   – Какого плана были вопросы?
   
   –  Они  касались  научной  части  доклада.  Во-первых,  памятник
новый. Во-вторых, уникальный по нескольким параметрам.
   
   – По каким?
   
   –  Это  – единственный на Северном Кавказе за последние 150  лет
не  разграбленный  раннекобанский могильник, то есть  могильник,  в
котором были найдены слои ранней Кобани: XV–XIV века до нашей  эры.
Второй момент его уникальности состоит в том, что, хотя у нас  есть
могильники,  которые относятся к раннему периоду, есть  могильники,
которые   относятся  к  классической  Кобани,  есть  могильники   и
поселения эпохи скифского времени, раннесарматского времени,  но  в
то  же  время ни один специалист не назовет вам могильник в Осетии,
да  и на всем Северном Кавказе, на котором были бы представлены ВСЕ
слои, начиная с эпохи поздней бронзы до конца эпохи раннего железа.
Больше всего специалистов интересовала ранняя и поздняя дата нашего
могильника. Когда я сказал, что верхняя дата – VI-V века  до  нашей
эры,  это  вызвало  большое удивление. Однако мы  проиллюстрировали
наши тезисы, и коллеги убедились, что так оно и есть на самом деле.
   
   – А почему коллеги удивились? 
   
   –  Нет  такого  памятника, где бы последовательно,  сменяя  друг
друга,  существовало население с эпохи поздней бронзы,  то  есть  с
XV–XIV  веков  до  нашей эры и до развитого,  и  даже  до  позднего
скифского  времени,  то  есть VI-V века  до  нашей  эры.  Могильник
просуществовал 800 лет, и население там жило беспрерывно!
   
   – Это было гомогенное население? 
   
   –  Это было достаточно гомогенное население, относящееся к одной
культуре.  И хотя мы явно видим, что от яруса к ярусу,  от  века  к
веку  культура претерпевает определенные изменения, тем  не  менее,
это – одна и та же культура, один и тот же народ, чутко реагирующий
на изменения, происходящие в мире.
   
   –  Как  они могли реагировать на изменения в мире,  если  они
сидели тысячу лет в этой котловине? 
   
   –  Они  же  находились на транскавказской магистрали! Фактически
население,  которое  нами  найдено, как раз  и  контролировало  ряд
важных транскавказских трактов из Восточной Европы в Переднюю Азию.
Соответственно, они были прекрасно знакомы и с восточноевропейскими
культурами,  и  со  средиземноморскими,  и  с  закавказскими,  и  с
переднеазиатскими,  о  чем  говорят  находки  предметов  в  том  же
Адайдонском могильнике.
   
   – Например? 
   
   –  Бронзовые чаши, бронзовые кружки, зооморфные изделия несут на
себе  печать моды Передней Азии. Одновременно конская узда, оружие,
особенно  на  последнем  этапе, четко  отражает  взаимодействие  со
степными народами, в том числе и со скифосарматскими племенами. А в
более  ранний  период  – с киммерийцами или с теми,  кого  называют
киммерийцами.  На  самом-самом раннем этапе  нами  даже  прослежены
связи  с поздними катакомбниками, то есть с культурой эпохи средней
бронзы!
   
   – Что еще вызвало интерес у ваших коллег?
   
   –  Еще одним удивительным моментом, который вызвал живой интерес
у  специалистов, был тот, что нами была обнаружена  керамика.  Меня
спрашивали,   как  обстоят  дела  с  керамикой,  потому   что   для
раннекобанских  памятников  керамика не  характерна.  А  нами  были
найдены керамические сосуды, ручки которых оформлены в виде  хищных
зверей.  Это находит прямые аналогии в развитых культурах  Древнего
Ирана  эпохи  средней  бронзы.  Кобанская  культура  –  это  особая
цивилизация.  И  наша  цель – сохранить для человечества  памятники
этой цивилизации.
   
   – И что теперь будет со всем этим?
   
   –   Памятники,   которые   выявлены  в  Зарамагской   котловине,
оказались  лучшими  элементами  древнекавказской  цивилизации.   Мы
подали  документы  в  ЮНЕСКО для того, чтобы этот  памятник  и  его
материалы были признаны национальным достоянием всего человечества.
И у нас есть уверенность в том, что наш Город мертвых будет признан
на международном уровне.
   Организация,   которая  возьмет  на  себя   ответственность   за
затопление памятника мирового масштаба, должна отдавать себе  отчет
в   том,   что   следующим   шагом  после   затопления   будет   ее
ответственность в суде.
   
   КТО ПРОТИВОСТОИТ ОСЕТИНСКИМ АРХЕОЛОГАМ?
   ОАО   «Федеральная   гидрогенерирующая   компания»   (ГидроОГК).
Является   крупнейшей   по  установленной   мощности   генерирующей
компанией  в  России  (24 тысячи МВт) и в  ЮФО  (пять  тысяч  МВт).
Компания   реализует   в   ЮФО  следующие   строительные   проекты:
Зарамагская   ГЭС-1   в   Северной  Осетии  (мощность   352   МВт),
Гоцатлинская ГЭС в Дагестане (110 МВт), Верхне-Красногорская ГЭС  в
Карачаево-Черкесии  (106 МВт) и Кашхатау ГЭС  в  Кабардино-Балкарии
(65 МВт). На стадии практической реализации находится 17 малых ГЭС.
   77,93%  акций  «ГидроОГК» принадлежат РАО ЕЭС, 17,55%  –  прочим
юридическим  лицам, 2,99% – физическим лицам, 1,84% –  государству.
Общее количество акционеров компании превышает 28 тысяч. Выручка  в
2007  году  составила 46,7 миллиарда рублей, чистая прибыль  –  9,1
миллиарда рублей.
К содержанию || На главную страницу