ДАРЬЯЛ-ДАЙДЖЕСТ

                   ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ В ЗАРУБЕЖНЫХ СМИ
   
   
   
   Reuters 04.08.2009
   ГРУЗИЯ: ЧЕРЕЗ ГОД ПОСЛЕ ВОЙНЫ
   МИР ПО-ПРЕЖНЕМУ ХРУПОК
   Мэтт Робинсон и Эмми Феррис-Ротман
   
   Тбилиси/Цхинвали,  Грузия  (Reuters).  Опасный  вакуум  в  сфере
безопасности,  образовавшийся вокруг мятежных  регионов  Грузии,  и
невыполнение  условий  соглашения о перемирии  сегодня,  через  год
после   Пятидневной  войны  с  Россией,  создают  опасность  нового
вооруженного конфликта.
   После  вывода  из  Южной Осетии и Абхазии  военных  наблюдателей
серьезных мер по устранению угрозы перерастания отдельных стычек  в
полномасштабные  боевые  действия  не  принимается,  предостерегают
аналитики. Невооруженных наблюдателей Евросоюза на территорию  двух
регионов не допускают.
   В   пятницу   исполняется  ровно  год   с   начала   грузинского
наступления  на  промосковски  ориентированную  Южную  Осетию,   на
которое Россия ответила сокрушительным контрударом.
   Сегодня  блок-посты  грузинской полиции,  обложенные  мешками  с
песком,   располагаются  всего  в  нескольких  сотнях   метров   от
югоосетинской столицы Цхинвали, а офицеры российской спецслужбы ФСБ
в  камуфляжной форме охраняют границу мятежного региона;  ее  самую
южную точку отделяет от Тбилиси всего 50 километров (30 миль).  “Мы
пришли  сюда надолго, и готовы защищать эту республику”, –  говорит
Павел Божов, офицер-пограничник из ФСБ, преемницы КГБ.
   Ханс-Йорг Габер (Hansjoerg Haber), возглавляющий группу  из  240
наблюдателей ЕС, размещенную в регионе после войны, – впрочем,  она
может  патрулировать лишь грузинскую сторону границы –  утверждает,
что  миссия  справляется с задачей “повторной заморозки” конфликта.
“Но  если  мы не внесем в ситуацию динамичный элемент, в частности,
меры  по  укреплению доверия, он на каком-то этапе может  вспыхнуть
вновь”, – продолжает Габер.
   В   канун   первой  годовщины  войны  напряженность  на  границе
обострилась. Южная Осетия и Грузия обвиняют друг друга в минометных
и   гранатометных   обстрелах.  Россия  в   субботу   выступила   с
предупреждением: она будет защищать Южную Осетию “всеми  имеющимися
силами”.  Тбилиси  в  ответ  заявил,  что  это  свидетельствует  об
“опасных планах” Москвы.
   “Главную  опасность  представляет скорее  всего  не  возможность
некоей  спланированной военной операции или интервенции,  а  какое-
нибудь вооруженное столкновение местного значения, способное  выйти
из-под  контроля”,  –  полагает Лоуренс Шитс (Lawrence  Sheets)  из
аналитической  Международной  группы  по  предотвращению   кризисов
(International Crisis Group).
   Грузинское  наступление против Южной Осетии началось 7  августа;
ему   предшествовали  несколько  дней  стычек   и   многие   месяцы
напряженности  между  Москвой и Тбилиси  из-за  этой  территории  и
другого  мятежного  региона  –  причерноморской  Абхазии.  Оба  они
“откололись”  от Грузии в результате войн, разгоревшихся  в  начале
девяностых, в связи с распадом СССР.
   Россия  ответила сокрушительным контрударом, наголову  разгромив
грузинские  вооруженные силы. Российские войска вошли на территорию
собственно  Грузии,  что  вызвало  тревогу  относительно  маршрутов
транспортировки  нефти  и  газа на Запад  через  эту  постсоветскую
республику.   Соглашение  о  прекращении  огня,   заключенное   при
посредничестве ЕС, предусматривало отвод войск на позиции,  которые
они занимали до начала войны.
   
   Вместо  этого, однако, Россия лишь усилила военный контроль  над
Южной Осетией, не имеющей выхода к морю, и субтропической Абхазией;
кроме  того,  она  признала обе республики в  качестве  независимых
государств. По словам Москвы, общая численность ее контингентов  на
этих территориях превышает 7000 военнослужащих.
   Наблюдатели  ОБСЕ  и  ООН  были выведены  из  зоны  конфликта  в
результате   разногласий  между  Россией  и  Западом   относительно
суверенитета  мятежных республик. При этом Южная Осетия  и  Абхазия
отказывают в доступе на свою территорию наблюдателям ЕС.  “Активных
боевых   действий  не  ведется,  но  суть  соглашения  о  перемирии
заключалась  в  сокращении численности войск  в  зоне  конфликта  и
возврате к статус-кво, а этого не произошло”, – поясняет Шитс.
   Потенциальными  “горячими точками” являются  участок  границы  в
районе  Цхинвали,  а также населенный грузинами  Ахалгорский  район
Южной Осетии, находившийся до войны под контролем Тбилиси. Еще один
источник напряженности связан с Гальским районом Абхазии, где также
преобладало  грузинское  население. В  результате  боевых  действий
десятки тысяч грузин и югоосетин были вынуждены покинуть свои дома.
До сих пор 25000 грузин не могут вернуться в родные места, а тысячи
жителей Южной Осетии остаются без крыши над головой.
   Правозащитные организации отмечают, что в ходе войны  грузинская
сторона  проводила  массированные обстрелы гражданских  объектов  в
Цхинвали; на Россию же они возлагают ответственность за “этническую
чистку” в отношении грузинского населения.
   “У  грузинской стороны нет сколько-нибудь серьезных возможностей
по  возвращению  этих территорий. Любая подобная  попытка  была  бы
чистым  безумием”,  –  считает  Федор  Лукьянов,  редактор  журнала
“Россия  в  глобальной политике”. Если бы Россия  хотела  устранить
Саакашвили, она бы это сделала год назад, утверждает он: “Тогда она
могла  решить  вопрос  с Саакашвили раз и навсегда.  И  я  не  вижу
причин, по которым ей это было бы нужно сейчас”.
   Тем не менее, над пограничной зоной витает страх.
   “Происходят  постоянные  провокации,  и  мы  боимся,   что   все
начнется  снова”, – рассказывает шестидесятилетняя Заира  Харебова,
врач     из    Цхинвали.    А    в    грузинском    селе    Эргнети
пятидесятичетырехлетняя  Гюли  Касрадзе  с   грустью   смотрит   на
обугленные  руины  своего дома: “Людям страшно,  они  боятся  новой
войны”.
   
   
   Voice of America 06.08.2009
   АНАЛИЗ И ПЕРСПЕКТИВЫ
   Алексей Пименов
   
   Дорога длиною в год: два взгляда на судьбу Южной Осетии
   Дискуссии  о последствиях прошлогоднего конфликта между  Москвой
и Тбилиси – как для бывших советских республик, так и для Запада, –
не утратили своей остроты и сегодня. Это относится, разумеется, и к
факту   признания  Москвой  Абхазии  и  Южной  Осетии  в   качестве
независимых   государств.  Год  назад,   стремясь   к   воссозданию
максимально  объективной  и многомерной  картины  событий,  Русская
служба   «Голоса  Америки»  обратилась  к  известным  политикам   и
интеллектуалам, представляющим различные народы Кавказа. В  те  дни
нашими   собеседниками  стали,  в  частности,   два   представителя
осетинского   национального  движения,  отстаивающие   диаметрально
противоположные  пути  решения  югоосетинской  проблемы.  Первый  –
Людвиг  Чибиров, первый президент Республики Южная Осетия,  сегодня
возглавляющий  отделение  этнологии в  Северо-Осетинском  институте
гуманитарных  и  социальных  исследований  РАН.  Второй  –  Дмитрий
Санакоев, глава прогрузинской администрации Южной Осетии.
   Как  оценивают  оба  политика ситуацию,  сложившуюся  в  регионе
через  год после августовского конфликта? Людвиг Чибиров,  на  днях
возвратившийся  во  Владикавказ из югоосетинской столицы,  называет
происходящее там «праздником со слезами на глазах». «Город почти  в
руинах,  –  рассказывает экс-президент. – Более 600  индивидуальных
домов разрушено полностью. Более того, 800 или до тысячи квартир  в
многоэтажных домах семьи получили, но жить нормально не могут:  все
нуждается   в   ремонте,  в  восстановлении.  Так  что   социальная
обстановка  напряженная. Восстановительные  работы  идут,  но  пока
положение сложное».
   Дмитрий  Санакоев обращает внимание на другую сторону  дела.  «В
экономической  и  социальной  сфере,  –  отмечает  он,  –  нет,  по
существу,   никаких  подвижек:  только  сейчас  начинают   выдавать
компенсации  за  жилье,  разрушенное во  время  военных  действий».
Впрочем,  оба  политика согласны друг с другом в  одном:  все,  что
делается в Южной Осетии, делается на российские деньги. «Я ездил по
городу,   –  продолжает  свой  рассказ  Людвиг  Чибиров,   –   идет
строительство, строятся новые жилища. Упор идет на то,  чтобы  люди
получили  крыши  над  головой. Помощь  и  поддержка  России  будет,
видимо, реальной и ощутимой», – считает бывший глава республики.
   У  Дмитрия  Санакоева  –  иной взгляд  на  ситуацию:  российская
сторона, подчеркивает он, явно заинтересована в том, чтобы нынешнее
цхинвальское руководство продемонстрировало свою эффективность. При
этом,   отмечает   политик,   никаких  рычагов,   необходимых   для
созидательной работы, у югоосетинского правительства  нет.  И  дело
здесь,  по  словам Санакоева, не только в том, что вся деятельность
кабинета  Кокойты  финансируется из российского  бюджета,  но  и  в
отсутствии у него какой-либо экономической программы.
   По-разному  оценивают  оба общественных деятеля  и  политический
аспект сложившейся ситуации. По словам Чибирова, каковы бы ни  были
трудности,   жители  республики  «плачут  от  радости»,   так   как
«избавились   от   грузинского  ига».   Грузинские   власти   «сами
стопроцентно  виноваты  в том, что случилось  в  Южной  Осетии»,  –
считает  экс-президент. «В России, – продолжает  он,  –  тоже  были
автономии:  Адыгейская, Карачаево-Черкесская. Такие  же  автономии,
как  и  югоосетинская. Они взяли и уравняли  их  статус  с  другими
республиками,  сделав  их  самостоятельными  субъектами  Российской
Федерации». По мнению югоосетинского экс-президента, «Южной  Осетии
надо  было повесить статус автономной республики в составе Грузии».
Однако  тбилисское руководство пошло по иному пути, что, по  мнению
Чибирова, и привело к трагическим последствиям.
   И  все  же:  все  ли  южные  осетины приветствуют  отделение  от
Грузии?  «Ни  один  нормальный осетин не  может  быть  огорчен»,  –
убежден экс-президент Южной Осетии.
   По  мнению  Дмитрия Санакоева, «более логичным было бы  создание
федеративной  Грузии». Впрочем, подчеркивает он, подобное  возможно
лишь  в  том  случае, если этого захочет Россия.  Что  же  касается
грузинского  политического класса, то у Михаила  Саакашвили  и  его
оппонентов, по существу, нет разногласий по югоосетинскому вопросу,
утверждает  Санакоев.  И  президент,  и  оппозиция  считают  регион
незаконно  оккупированным и считают необходимым восстановление  над
ним   грузинского   суверенитета.  В  то  же  время   сегодня   все
высказываются  за  предоставление ему широкой  автономии.  «Создана
конституционная   комиссия,  –  продолжает  свой  рассказ   Дмитрий
Санакоев,  –  и  один из вопросов, которыми она занимается,  –  это
вопрос о территориях. Обсуждается, в частности, название для нашего
региона,  и  думаю, что к декабрю мы будем готовы представить  наши
предложения».
   Тем   временем,  напоминает  Санакоев,  в  Южной   Осетии   идет
подготовка к строительству российских военных баз. Наиболее  острой
проблемой  и  для  правительства Кокойты,  и  для  Москвы  остается
внешнеполитическая:    кроме   Никарагуа,   независимость    нового
государства  не  признана  никем. В том числе  и  на  постсоветском
пространстве.
   В  этих  условиях  осетинский политик,  проживающий  в  Тбилиси,
считает  вероятным прямое присоединение Южной Осетии  к  Российской
Федерации.  Скорее всего, предварительно будет проведен референдум,
полагает  Дмитрий Санакоев. Нечто подобное может,  по  его  словам,
произойти  и  в  Абхазии.  Реакцию  международного  сообщества   на
подобные  шаги  нетрудно предсказать, однако, по мнению  Санакоева,
именно  его  упорство может подтолкнуть Москву к  радикализации  ее
кавказской политики.
   

   The Guardian 07.08.2009
   ГРУЗИЯ: ЗА ЧТО БОРОЛИСЬ, НА ТО И НАПОРОЛИСЬ
   Редакционная статья
   
   Спустя  год после короткой, но жестокой войны, начавшейся  между
Грузией  и  Россией  в ночь с 7 на 8 августа 2008  года,  споры  по
поводу   того,   кто   начал   боевые  действия,   по-прежнему   не
прекращаются.  Последнее слово остается за швейцарским  дипломатом,
возглавляющим комиссию, занимающуюся расследованием истоков  войны,
и  от  ее  отчета многое зависит. Защищала ли Россия Южную  Осетию,
анклав, стремящийся к независимости от Тбилиси, против упреждающего
удара,  нанесенного авантюрным грузинским президентом?  Или  Россия
спровоцировала  кризис, который позволил ей не только  оккупировать
районы  Грузии, но и установить свое военное присутствие в  ближнем
зарубежье?  Сотни  гражданских  лиц  погибли,  и  более  190  тысяч
потеряли  свои  дома. И даже если отложить в сторону главных  жертв
конфликта, все это – вовсе не отвлеченные вопросы.
   Наблюдательная  миссия  ЕС уже работает на  фактической  границе
между  Грузией  и  Южной Осетией. Если комиссия  возложит  вину  за
начало конфликта на Грузию, это задаст тон для более осторожного  и
менее  идеологического  взаимодействия в  регионе.  Глава  комиссии
Хайди  Тальявини  (Heidi Tagliavini) опровергла информацию  журнала
Der Spiegel, опубликовавшего статью с утверждением, что большинство
членов ее комиссии пришли к выводу, что войну начала Грузия. Журнал
процитировал одного из членов комиссии, полковника британской армии
в  отставке  Кристофера Лангтона (Christopher Langton), сказавшего:
“Мечта Грузии разбита, но стране некого в этом винить, кроме  самой
себя.”
   Положение  Грузии основано на ее утверждении о том, что  колонна
российских  танков  была  на  подходе к трехкилометровому  туннелю,
соединяющему  Северную и Южную Осетию, когда  грузинский  президент
Михаил  Саакашвили  отдал войскам приказ о  начале  обстрела.  Если
комиссия  обнаружит, что вооруженная колонна вошла в  Южную  Осетию
лишь  на следующий день после грузинского нападения, как утверждают
сами  русские,  то  те  немногие  остатки  доверия,  которыми   еще
пользуется  г-н  Саакашвили,  будут разбиты  вдребезги.  К  моменту
начала войны он уже собрал у границы военную группировку в 12 тысяч
человек  и  75  танков,  и,  вполне возможно,  что  он  соблазнился
возможностью  устроить  быстрый  упреждающий  удар  по   осетинским
сепаратистам. В то время и Владимир Путин и Джордж Буш были  заняты
совсем другим, присутствуя на открытии Олимпиады в Пекине.
   Даже  если  принять  благодушное объяснение о  том,  что  Грузия
попалась  в  хорошо  разложенную российскую ловушку,  это,  тем  не
менее, было катастрофическим просчетом. Спустя год Грузия не только
потеряла  большую  часть  территории в Южной  Осетии  и  Абхазии  и
добавила еще 30 тысяч людей к своему и без того растущему населению
беженцев. Она также загубила свое присоединение к НАТО и, косвенным
образом, к Европейскому союзу – и это реальность, которую даже  г-н
Саакашвили  почти  понимает и признает. Двойным проектом  человека,
который встал во главе “революции роз”, было вновь объединить  свою
страну  и привести ее на западную орбиту. Он рискнул будущим  своей
страны и проиграл.
   Но    российская   сила   оружия   также   возымела   негативные
последствия. Независимость Южной Осетии и Абхазии признана  Россией
и  Никарагуа.  И  все.  Размахивание  большой  палкой  на  Кавказе,
возможно,  привело к противоположным от задуманных  последствиям  в
российском   ближнем   зарубежье.  Президент   Беларуси   Александр
Лукашенко, многие годы бывший ближайшим союзником Москвы,  приказал
своим   дипломатам  наладить  более  тесные  отношения  с  Западом.
Таджикистан  запрещает использование русского языка  в  официальной
документации. Узбекистан противостоит планам России открыть  вторую
военную  базу  в Кыргызстане. Армения раздумывает над сближением  с
Турцией.  Даже  крайне преданный Туркменистан  играет  с  мыслью  о
продаже  газа  трубопроводу “Набукко”, который является  соперником
проекта  “Газпрома” под названием “Южный поток”. Вряд ли это  можно
назвать регионом, трепещущим перед Москвой.
   Западу  не  стоит вступать с Россией в соперничество  по  поводу
влияния  в этом исторически неустойчивом регионе. По крайней  мере,
это Барак Обама уже понял. России и Западу следует работать вместе,
избегая  горячих  вопросов суверенитета  и  этничности.  ЕС  должен
помочь   всем  государствам  региона  сформировать  друг  с  другом
экономический  союз, основанный не на запугивании, а на  географии,
языке  и взаимных интересах. Которых, как в это ни сложно поверить,
еще очень много.
   
   
   Radio Free Europe / Radio Liberty 07.08.2009
   ОТ КОГО НЕ ЗАВИСИТ ЦХИНВАЛ?
   Олег Кусов
   
   В  преддверии годовщины российско-грузинской войны обстановка  в
регионе остается напряженной. Официальный Тбилиси заявил, что он не
намерен  менять курс на восстановление территориальной  целостности
государства.   В  свою  очередь  Москва  потребовала   от   Тбилиси
юридических обязательств о неприменении силы против Абхазии и Южной
Осетии.
   Как   заявил   официальный  представитель  МИДа  России   Андрей
Нестеренко,  Тбилиси  должен  дать  гарантии  безопасности  народов
Абхазии   и   Южной  Осетии:  «Такие  обязательства   должны   быть
безоговорочно взяты на себя Грузией, не применительно к России, а в
отношении соседних республик – Южной Осетии и Абхазии. Только таким
способом  Тбилиси может восстановить хотя бы минимальное доверие  к
себе со стороны соседних стран и международного сообщества».
   Вице-премьер правительства Грузии Темури Якобашвили  утверждает,
что   у   Тбилиси   нет   планов   по  силовому   решению   вопроса
территориальной целостности государства.
   –  Я  думаю,  что  это  истерика с российской  стороны,  которая
нагнетается специально, при знании того, что никаких военных планов
у грузинского руководства нет и не может быть. Мы и сейчас считаем,
и  раньше считали, что военных методов урегулирования этой проблемы
нет.  В  Грузии  нет сумасшедших людей, которые думают,  что  можно
выиграть  войну с Российской Федерацией. Поэтому мне  кажется,  что
все эти провокации делаются для запугивания Грузии, Запада, США или
кого-то   еще  и  для  внутреннего  пользования.  Мы   видим,   как
наперегонки  разные ведомства действуют – кто больше  гадостей  про
нас скажет, кто больше провокаций устроит. Такие действия не делают
чести Российской Федерации, это вызывает не только недоумение, но и
отвращение и не помогает российскому имиджу на международной арене.
   –  А  какова  сегодня позиция официального Тбилиси  в  отношении
Южной Осетии и Абхазии?
   –   Это  оккупированные  территории,  их  оккупирует  Российская
Федерация, которая использует сепаратизм и сепаратистов как  орудие
против  грузинской государственности. И тот факт, что никто в  мире
эти   оккупированные  территории  не  признал  (включая  Никарагуа,
парламент которой заблокировал это решение), доказывает лишний раз,
что  Россия  является оккупантом, России рано или  поздно  придется
оставить грузинские земли.
   –  И в Абхазии, и в Южной Осетии есть политические силы, которые
видят  свои  республики в будущем в составе  России.  Как  к  этому
относится Тбилиси?
   –  Такие  политические силы могут быть и в Российской Федерации,
которые  думают,  что  эти  две  провинции  Грузии  должны  быть  в
Российской Федерации. Но странных людей хватает везде.
   Власти  Южной  Осетии  говорят  об участившихся  провокациях  на
границе   республики   со  стороны  Грузии.  Тбилисский   политолог
Александр  Рондели  считает  эти обвинения  надуманными:  «Там  нет
наблюдателей,   поэтому  оттуда  постреляли   немножко   по   нашей
территории  и  сказали, что стреляем мы. А у нас стоят наблюдатели-
европейцы, они это слушают и удивляются».
   Югоосетинский   политолог  Алан  Джиоев  призывает   европейских
наблюдателей   внимательно  следить  за   ситуацией   на   границе:
«Насколько я знаю, подразделение российских пограничников встает на
границах  Южной Осетии. Есть слухи, что со стороны  Грузии  к  Гори
подтягивают   войска.   Но  в  любом  случае   мандат   европейских
наблюдателей продлен до 11 сентября. Слухи ходят, но обострения как
такового сейчас нет».
   Алан  Джиоев полагает, что Южная Осетия уже не вернется в состав
Грузии.
   –   Южная  Осетия  (я  за  Абхазию  говорить  не  буду)  –   это
независимое  государство  и  никогда не  была  территорией  Грузии,
Грузию мы считали всегда оккупантом.
   –  Периодически  мы  слышим заявления о том, что  Южная  Осетия,
как,  впрочем,  и  Абхазия, видит себя в будущем в составе  России.
Насколько эти планы реальны, на ваш взгляд?
   –  Давайте  мы  пока состоимся как государство. Независимость  –
это  большая  ответственность. А потом  мы  уже  будем  говорить  о
возможности присоединения или неприсоединения к России. Потому  что
в  принципе  у  нас все за последние 20 лет решалось  референдумом.
Если  народ  проголосует  за присоединение  к  России,  если  такое
желание  будет и у российской стороны, тогда почему бы и  нет,  это
мнение   народа.   Но  мое  личное  мнение:  мы  должны   сохранить
независимость.
   Грузинский  политолог  Александр  Рондели  считает,  что  судьба
Южной  Осетии  и  Абхазии зависит от состояния дел в  России:  «Эти
территории   будут   оккупированы,  пока  их   хотят   оккупировать
оккупанты, пока они смогут это делать. Против лома нет приема.  Как
мы  можем  вернуть  эти территории? Даже если у нас  будет  хорошая
жизнь, а там будут стоять эти военные базы?».
   Эксперт   по  Кавказу  Иван  Сухов  призывает  к  экономическому
сотрудничеству   между  грузинскими,  абхазскими  и  югоосетинскими
приграничными  территориями: «Не очень продуктивно утверждать,  что
Южная  Осетия  и  Абхазия были, есть и будут в  составе  территории
Грузии.  Прошлогодние  события  – и даже  не  столько  прошлогодние
события,  сколько предшествующие, показали, что эти  территории  не
хотят  находиться в составе Грузии. Они воевали за то, чтобы  выйти
из  состава  Грузии, и в течение довольно продолжительного  времени
отстаивали  свою  независимость. Но думаю, что  совсем  отбрасывать
идею  возвращения Абхазии и Южной Осетии в какой-то форме в  состав
грузинского государства не стоит. Но если грузинская сторона  будет
исходить из непоколебимого убеждения в том, что Грузия существует и
будет  существовать в границах 1991 года, такое  объединение  будет
откладываться  до  бесконечности,  потому  что  объединение   может
происходить  только исходя из признания, в том числе  и  грузинской
стороной, существования Абхазии и Южной Осетии. Я не думаю, что так
важно, под чьим, так сказать, суверенитетом будут находиться  Южная
Осетия  и  Абхазия.  Объективно необходимо в этих  зонах  развивать
какое-то экономическое приграничное сотрудничество, которое было бы
в  интересах  и  грузинской, и российской стороны,  и  самой  Южной
Осетии  и  Абхазии.  И  это  единственный конструктивный  путь,  по
которому можно двигаться».
   
   
   Independent 7.08.2009
   ГОД СПУСТЯ ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ
   ГОТОВИТСЯ К РЕЦИДИВУ ВОЙНЫ ШОН УОЛКЕР
   
   Накануне  первой годовщины войны напряжение на границе Грузии  и
Южной  Осетии вновь растет – за последнюю неделю Москва  и  Тбилиси
успели   несколько  раз  обменяться  обвинениями  в  «провокациях».
Вооруженные   силы  обеих  сторон  приведены  в  состояние   боевой
готовности.
   В  Цхинвали  тем  временем  полным ходом  идут  приготовления  к
годовщине – в ночь накануне этой даты жители столицы этой крошечной
республики соберутся на центральной площади и зажгут свечи в память
о  200  погибших  осетинах. Местные вооруженные силы  тем  временем
усиленно  тренируются, готовясь к возможному  повторению  агрессии.
«Мы  подготовлены  лучше,  чем  в прошлом  году,  –  говорит  Игорь
Алборов,  офицер южноосетинской армии, – мы не хотим войны,  но  не
можем  исключать того, что у грузин появится желание взять  реванш,
так что нам надо быть готовыми в любое время».
   Как  поясняет  издание,  в  Южной  Осетии  утверждают,  что   за
последние дни минометному обстрелу подверглись несколько деревень и
сам  город  Цхинвал;  в  свою очередь Тбилиси  говорит  о  ползучем
переносе  границы  вглубь  грузинской  территории  –  обе   стороны
называют  обвинения в свой адрес «безосновательными», обвиняя  друг
друга в провокациях. Положение усугубляется недостатком независимых
наблюдателей  –  миссия ОБСЕ покинула Южную Осетию месяц  назад,  и
сейчас  на  границе  остается небольшая  мониторинговая  группа  из
Евросоюза, но этого недостаточно.
   Ни  у  одной  из  сторон  нет сейчас достаточных  причин  желать
возобновления   конфликта:  грузины  знают,  что   Россия   ответит
стремительно  и  жестко,  осетины добились желанной  независимости.
Москве  также не нужен рецидив войны в Южной Осетии, хотя президент
Саакашвили остается одним из раздражителей российского руководства.
   
   
   The Times 7.08.2009
   ПОСЛЕДСТВИЯ ВОЙНЫ
   Редакция
   
   В  прошлогодней войне не победила ни одна из сторон – ни Грузия,
ни  Россия,  и  жизнь региона парализована. Москва  достигла  своих
целей:   припугнула  другие  бывшие  республики  СССР,   фактически
отделила   Южную  Осетию  и  Абхазию  от  Грузии,  положила   конец
предложениям  срочно  принять Грузию и Украину  в  НАТО,  пошатнула
доверие к Саакашвили, отмечает издание.
   Грузия,  со  своей  стороны,  уверена,  что  одержала  победу  в
политической сфере: восстановила общественное мнение Запада  против
России и завоевала сочувствие других стран региона. Граждане Грузии
сплотились  вокруг  Саакашвили. Тбилиси добился заверений,  что  на
новую  российскую  атаку  Запад среагирует  немедленно,  утверждает
газета.
   «Однако  на  деле  война стала катастрофой для обеих  стран»,  –
пишет издание. По мнению газеты, теперь России трудно отделаться от
имиджа  агрессора,  разрешение других замороженных  конфликтов  еще
более   проблематично.   В  Грузии  оппозиция   оспаривает   власть
Саакашвили  и  обвиняет  его  в  нарушениях  прав  человека,  а  на
возвращении Южной Осетии и вступлении в НАТО можно поставить крест.
«Раны не заживают, обстановка в регионе остается взрывоопасной»,  –
заключает газета.
   
   
   BBC 8.08.2009
   РОССИЯ ВНОВЬ ЗАЯВЛЯЕТ
   О НЕЗАВИСИМОСТИ АБХАЗИИ И ЮЖНОЙ ОСЕТИИ
   
   Российский  президент Дмитрий Медведев подтвердил  точку  зрения
Москвы  о  том,  что  Южная Осетия и Абхазия являются  независимыми
государствами.
   В  годовщину  со  дня  начала августовской  войны  президентская
администрация  обнародовала заявление,  в  котором  говорится,  что
независимость двух этих новых государств «невозможно игнорировать».
   Между  тем год спустя после начала «пятидневной войны» на  Южном
Кавказе прошли церемонии в память погибших. Стороны конфликта вновь
возложили друг на друга ответственность за жертвы.
   Споры  об  обстоятельствах августовского конфликта не утихают  и
сегодня:  Россия  и  Грузия  продолжают  обвинять  друг   друга   в
развязывании войны.
   В   годовщину   трагических  событий  президент  Грузии   Михаил
Саакашвили обратился с речью к толпе собравшихся в Гори,  одном  из
наиболее  пострадавших  в результате войны  грузинских  городов,  и
призвал к дальнейшему сближению с Евросоюзом.
   В  свою  очередь,  российский президент в телеобращении  заявил,
что,  хотя  решение ввести войска в регион далось ему нелегко,  оно
спасло тысячи жизней в Южной Осетии.
   Руководители Южной Осетии и Абхазии между тем пообещали, что  их
республики никогда не вернутся в состав Грузии.
   Как  ожидается, в субботу Дмитрий Медведев вновь  посетит  Южную
Осетию.
   По  данным  правозащитной  организации Amnesty  International  в
результате  августовской  войны  переселенцами  остаются  около  30
тысяч   человек,  многие  из  которых  до  сих  пор   нуждаются   в
гуманитарной помощи.
   Костры и свечи
   Церемонии  в память погибших прошли во многих городах Грузии,  в
том  числе  в  Тбилиси, где разожгли костры. Жертв конфликта  также
почтили общенациональной минутой молчания.
   Несколько сотен человек с красными и белыми полотнищами в  руках
образовали   живое  изображение  грузинского  флага  на  территории
средневековой крепости в городе Гори, который подвергся  авианалету
российских сил до того, как был занят наземными войсками.
   В  центре  столицы  Южной Осетии – Цхинвали  –  несколько  тысяч
человек  собрались,  чтобы  зажечь свечи  в  память  о  погибших  в
республике.
   Рядом   с   бывшими   казармами  российских  миротворцев   здесь
установили  поклонный  крест в память о жертвах  среди   российских
военнослужащих. Мемориальная церемония прошла также у храма  Христа
Спасителя в Москве.
   В  канун  годовщины  войны  руководство  Грузии  повторило  свои
заявления  о том, что военная операция в Южной Осетии была  ответом
на тайное вторжение в страну российских сил.
   В  интервью  Би-би-си  Михаил  Саакашвили  сказал,  что  решение
мобилизовать войска далось с трудом, но если бы он этого не сделал,
«мы  бы стали свидетелями значительно более страшных злодеяний, чем
те, что были совершены».
   Он  заявил, что сегодня единственный способ «выдворить  русских»
и изменить баланс сил в регионе – дипломатия.
   Саакашвили  также  отверг предположения, что  конфликт  уменьшил
шансы  Грузии  на  присоединение к НАТО, заявив, что  США  все  еще
поддерживают заявку его страны.
   Тысячи переселенцев
   Россия  отметает  утверждения о том, что конфликт  был  развязан
Москвой   и   обвиняет   грузинское  правительство   в   совершении
преднамеренного преступления.
   В  интервью  телеканалу НТВ президент Дмитрий  Медведев  заявил,
что в августе 2008-го принял тяжелое, но правильное решение.
   «Я  получал  информацию  от министра обороны,  осмысливал  ее  и
принимал  решения.  Может  быть, это  было  самым  сложным,  но,  в
конечном  счете, мы совершили правильные действия, – сказал  он.  –
Российской  Федерации  пришлось принять жесткие  ответные  меры,  в
результате  которых  были сохранены сотни,  тысячи  жизней,  и  был
восстановлен мир на Кавказе».
   Конфликт,   который  стал  известен  как  «пятидневная   война»,
начался  в  ночь  на  8  августа, когда Грузия  попыталась  вернуть
контроль над самопровозглашенной республикой Южная Осетия.
   Российские силы быстро отразили штурм и двинули войска  в  глубь
Грузии, где подвергли бомбардировке, в частности, Гори.
   Прошло  пять  дней,  прежде  чем было  достигнуто  соглашение  о
прекращении  огня. В итоге Россия сохранила военное  присутствие  в
Южной  Осетии  и Абхазии, которые в одностороннем порядке  признала
независимыми.
   
   
   Spiegel 10.08.2009
   ГРУЗИЯ СНИМАЕТ С СЕБЯ
   ВИНУ ПЕРЕД ПУБЛИКАЦИЕЙ ОТЧЕТА ЕС
   Редакционный материал
   
   Грузия уже принимает упреждающие меры, чтобы снять с  себя  в
вину,  а грузинские СМИ обвиняют Spiegel в том, что журнал является
“рупором Путина”.
   Грузинский президент Михаил Саакашвили готовит население  Грузии
к   запланированной   на   сентябрь  публикации   отчета   комиссии
Европейского  союза о причинах пятидневной войны  между  Грузией  и
Россией,  произошедшей в августе 2008 года. Ожидается, что основная
вина   за  нападение  на  южноосетинскую  столицу  Цхинвали   будет
возложена   на  Саакашвили  –  с  оговоркой  о  том,   что   Москва
спровоцировала его.
   В  качестве  контрмеры правительство в Тбилиси уже  опубликовало
свой собственный, 190-страничный отчет, в котором сообщается, что в
прошлом    году   именно   Россия   “предприняла   крупномасштабное
наступление  на  Грузию”. “Теперь Запад может не  сомневаться,  кто
начал войну и почему,” – прокомментировал публикацию отчета министр
Грузии по реинтеграции Темур Якобашвили.
   Однако  эксперты  НАТО  и ЕС до сих пор  не  обнаружили  никаких
доказательств  в  поддержку  грузинских  утверждений  о  том,   что
российская   колонна,  состоящая  из  150  танков  и  бронированных
автомобилей, зашла в Южную Осетию до грузинской атаки на Цхинвали.
   Грузинские   СМИ  немедленно  сообщили  о  заявлениях   западных
политиков,  поддерживающих грузинскую позицию.  Однако  критические
замечания  в  отношении Грузии не публикуются или о них сообщается,
что  они являются продуктом заговора. После того, как в июне журнал
Spiegel  сообщил  о  предварительных внутренних результатах  работы
комиссии  ЕС  по  расследованию причин войны,  проправительственная
еженедельная газета Georgia Today объяснила неудобные для читателей
газеты выводы отчета, заявив, что Spiegel получил свою информацию у
российской  разведки. Кроме того, газета сделала откровенно  ложное
заявление о том, что немецкий журнал принадлежит дочерней  компании
российской  энергетической компании “Газпром”  –  и  таким  образом
является “рупором Путина”.
   Конфликт  начался  7 августа 2008 года, когда Грузия  напала  на
отколовшийся   регион  Южную  Осетию.  Российские  военные   быстро
отразили  грузинскую атаку и продвинулись на территорию Грузии.  По
сообщениям,  за дни войны, окончившейся соглашением  о  прекращении
огня,  подписанным 12 августа, погибли сотни людей,  среди  которых
было множество гражданских лиц.
   
   
   Radio Liberty 10.08.2009
   ОСЕТИЯ: ЮГ ТЯНЕТСЯ НА СЕВЕР
   Олег Кусов
   
   Беженцы  из Южной Осетии в основном и спустя год  остаются  в
Северной Осетии.
   В  России,  Грузии  и  Южной Осетии в  эти  дни  проходят  меро-
приятия, посвященные годовщине военного конфликта России и Грузии в
августе прошлого года.
   В   Москве  состоялась  панихида  по  погибшим  в  Храме  Христа
Спасителя,  в  европейских  странах проходят  митинги  у  посольств
Грузии.  В соседней с Южной Осетией Северной Осетии тоже в эти  дни
вспоминают события августа 2008 года. В частности, прошло заседание
круглого   стола,   в   котором   приняли   участие   представители
общественных  сил Южной и Северной Осетии. Прошли телемост  Москва-
Брюссель-Цхинвал-Владикавказ  и  траурные   мероприятия.   Основной
лозунг,  который  звучит  в  годовщину войны,  уже  не  затрагивает
вопросы    безопасности,    он   посвящен   социально-экономическим
проблемам.  Выступающие говорят о необходимости как  можно  быстрее
восстановить  республику Южная Осетия. Не секрет, что за  прошедший
год  в  Южной  Осетии  мало что сделано для ликвидации  последствий
прошлогодних событий. Много говорится о необходимости  закончить  к
26   августа,   к   годовщине  признания  Россией   Южной   Осетии,
магистральный газопровод, который ведут из Северной Осетии в  Южную
Осетию, в Цхинвали.
   Что  касается  вопросов  безопасности, то  здесь  тоже  новостей
немало.    Например,   судьба   североосетинского   миротворческого
батальона решается как раз в этих дни. По распоряжению федерального
центра  этот батальон расформирован, что породило множество проблем
для  самой  Южной  Осетии,  поскольку,  кроме   прочего,  это  была
возможность трудоустроить людей.
   Лагеря  беженцев  из  Южной  Осетии  в  окрестностях  Алагира  и
Владикавказа ликвидированы. Но в Южной Осетии до сих пор нет  газа,
там  до  сих  пор  плохо с водоснабжением, там очень необустроенная
жизнь.  Люди  просто  вынуждены по-прежнему находиться  в  Северной
Осетии у родственников. Речь, по оценкам экспертов, идет о половине
населения  Южной Осетии, о людях, которые находятся  на  территории
Северной  Осетии  у  родственников, у знакомых,  снимают  квартиры,
пытаются каким-то образом зацепиться за нормальную жизнь.
   Тема  референдума об объединении Северной и Южной Осетии еще  не
звучит,   хотя  об  этом  поговаривают  в  кулуарах,  в  экспертных
кабинетах. Эта идея для осетинского народа не нова, она обсуждается
уже  давно,  с  1991 года. Сегодня актуальность её для  осетин,  на
взгляд  экспертов,  возросла. Судя по публикациям  в  газетах,  она
становится приоритетной для общественных деятелей, для политиков  и
для журналистов обеих республик.
   
   
   El Pais 10.08.2009
   ОСЕТИНСКОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
   Редакция
   
   Какими  бы ни оказались результаты европейского расследования  о
«пятидневной  войне»  в  Грузии,  Кавказ  и  в  будущем   останется
деликатной проблемой, а вернее, цепочкой проблем, унаследованных от
Советского  Союза и предыдущих столетий, когда эта зона  находилась
на стыке трех империй.
   Конфликты на Кавказе в значительной степени связаны между  собой
и  проецируются  друг  на  друга. В 1991  году,  в  момент  распада
Советского  Союза, международное сообщество было слишком  озабочено
новыми  реалиями  в  Восточной Европе и  агонизирующей  Югославией,
чтобы   вдаваться   в   подробности   ситуации   на   постсоветском
пространстве,  и в результате ООН признала существовавшие  границы,
что привело к тому, что на Кавказе сложилась сложная и нестабильная
обстановка.
   Россия  может гарантировать безопасность Южной Осетии и Абхазии,
но очевидно, что она не в состоянии играть роль арбитра или убедить
своих союзников признать эти территории независимыми государствами.
Такая  ситуация  может затянуться на годы, поэтому  ЕС  на  Кавказе
должен  взять  на  себя роль посредника, миротворца  и  покровителя
процессов  демократизации  и социально-экономического  развития.  И
если  ему  удастся  охладить пыл участников кавказской  политики  и
сделать  для  них  Европу образцом для подражания,  это  будет  уже
немало, отмечает издание.
   
   
   Voice of America News 10.08.2009
   ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ: СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ
   СИТУАЦИЯ ЧЕРЕЗ ГОД ПОСЛЕ КОНФЛИКТА
   Виктория Купчинецкая
   
   Какова  социально-политическая  ситуация  в  Южной  Осетии   год
спустя   после  российско-грузинского  конфликта?  Русская   служба
“Голоса  Америки”  побеседовала  с  представителями  российского  и
грузинского правительств, правозащитниками, теми, кто находится  на
территории региона и на себе переживает его проблемы.
   За  прошедший  год  Варвара Пахоменко,  сотрудник  правозащитной
организации  “Центр содействия проведению исследований гражданского
общества  “Демос”,  бывала в Южной Осетии  почти  каждый  месяц.  В
первый   раз  она  приехала  в  Цхинвали  за  месяц  до  российско-
грузинского  конфликта,  то  есть в июле  2008  года.  У  нее  была
возможность наблюдать ситуацию в регионе в развитии.
   “За  месяц до конфликта Цхинвал был пустым городом, и все вокруг
меня  говорили  – пахнет войной... Уже после войны, в  20-х  числах
августа,  в  городе  стало  намного больше  людей  –  жители  стали
возвращаться в надежде, что что-то изменится. Я помню, в августе  в
городе   была  эйфория,  многие  радовались,  что  теперь  это   их
независимая  республика...  С тех пор можно  было  проследить,  как
уходит  чувство  эйфории, как меняется общественное настроение”,  –
рассказывает Варвара.
   “Тяжелым испытанием стала зима, – продолжает Варвара. – Не  было
газа,  который  до  войны  поставляли из Грузии.  Газ  дали  только
весной.  И совершенно не восстанавливался жилой фонд. Отстраивались
какие-то  общественные  здания, гостиницы,  милицей-ская,  пожарная
часть. И, может быть, крыши многоэтажек. Но не частный сектор”.  По
словам  Варвары,  в  Южной  Осетии  сложилась  сложная  ситуация  с
коррупцией.
   Процесс   восстановления  региона  после   российско-грузинского
конфликта  проходит  в основном на средства, выделенные  российским
правительством.  Отдельные  российские регионы  также  создают  там
целевые  проекты. В России при Министерстве регионального  развития
сформирована  Межведомственная комиссия по  оказанию  содействия  в
вопросах  восстановления и социально-экономического развития  Южной
Осетии.
   В  пресс-службе Министерства регионального развития  РФ  Русской
службе   “Голоса   Америки”  подтвердили,  что  на   восстановление
отколовшейся  от  Грузии  республики  в  2009  году   выделено   10
миллиардов  рублей, а в ближайшие три года эта  сумма  составит  20
миллиардов.   По  словам  сотрудника  пресс-службы,   приоритетными
объектами при восстановлении являются объекты жилого фонда, по  его
словам,  практически  все  школы  и  больницы  в  этом  году  будут
восстановлены.  Точное  количество  уже  восстановленных   объектов
российский представитель привести затруднился.
   “Контроль за финансовыми средствами осуществляется осетинской  и
российской  стороной  в рамках дирекции, в рамках  тех  официальных
документов, которые определяют отношения Южной Осетии и России”,  –
сказал  сотрудник пресс-службы. На вопрос “Голоса Америки”  о  том,
довольны  ли  российские  представители темпами  строительства,  он
напомнил,  что когда российский президент Дмитрий Медведев  посетил
Южную  Осетию  13  июля,  он высказался по ряду  объектов,  что  их
строительство надо ускорить. “Так что не всеми объектами довольны”,
– подтвердил сотрудник российского министерства.
   Реальную   социально-экономическую  ситуацию  в   Южной   Осетии
оценить  достаточно сложно – статистических данных  из  независимых
источников практически не существует. По данным российской стороны,
в  результате вооруженного конфликта в Южной Осетии были  полностью
разрушены  более  600-от жилых домов, пострадали более  двух  тысяч
строений.  По  данным грузинской стороны, в Южной Осетии  намеренно
разрушали целые деревни, в которых проживали этнические грузины.  В
результате   тысячи   людей   остались   без   крова.   По   данным
правозащитников,   в  регионе  высокий  уровень   безработицы,   но
президент  сепаратистского региона Эдуард  Кокойты  в  интервью  ИА
REGNUM не назвал точную цифру.
   Варвара  Пахоменко  рассказывает,  что  строительство  в   Южной
Осетии  активизировалось  буквально  в  последние  два  месяца.   В
Цхинвали строится жилой микрорайон “Московский” на несколько  тысяч
квартир.  “Осенью представители Российской Счетной палаты приезжали
оценивать,  и  пришли  к выводу, что средства  не  используются  по
назначению...  И  тогда  поговаривали, что  у  Кокойты  могут  быть
проблемы. Сейчас, насколько я знаю, контроль над деньгами взяла  на
себя Москва”.
   По  информации,  опубликованной  в  “Российской  газете”,  после
визита  Председателя  Счетной палаты РФ Сергея  Степашина  в  Южную
Осетию  в  сентябре прошлого года, между Счетной палатой  России  и
руководством Южной Осетии была достигнута договоренность о том, что
расходы   российских  бюджетных  средств  в  Южной   Осетии   будут
контролироваться Счетной палатой России.
   Варвара  добавляет, что с трудоустройством в регионе по-прежнему
плохо. “После того, как Россия признала независимость Южной Осетии,
Путин  дал  распоряжение российским регионам сотрудничать  с  Южной
Осетией,  чтобы они из бюджета областей выделяли средства.  Поэтому
создаются    совместные   проекты   с   Ростовской   областью,    с
Нижегородской.  Но пока следы заметны слабо. Людям негде  работать,
непонятно, чем им заниматься”.
   Андрей    Черемных,   представитель   организации    “Молодежное
правозащитное   движение”,  тоже  побывал  в  Южной   Осетии.   Его
организация    помогает   развитию   молодежных,   гражданских    и
политических  инициатив. Андрей также хотел  разобраться,  в  каком
состоянии  находятся  в  Южной  Осетии  сельские  школы  и   другие
образовательные учреждения. Он рассказывает, что в сельских  школах
–  сильная нехватка книг и оборудования, некоторые школы совершенно
разрушены.   Во  время  поездки  Андрей  встретился  и  побеседовал
примерно с пятьюдесятью жителями Южной Осетии.
   “В  Южной  Осетии  я был в апреле. В Цхинвале  есть  отстроенные
дома,  но  масса  зданий  на тот момент не была  восстановлена”,  –
рассказывает Андрей. “В Цхинвале были инициативы самих  погорельцев
по  восстановлению  домов,  но  особого  влияния  на  ситуацию  они
(погорельцы) не могли оказать”.
   В   интервью   Русской   службе  “Голоса  Америки”   заместитель
государственного  министра  по вопросам реинтеграции  Грузии  Давид
Раквиашвили  рассказал,  что  этнических  грузин  в  Южной   Осетии
практически  не осталось – они покинули регион. По  его  словам,  в
настоящее  время в Грузии находятся примерно 26 тысяч  перемещенных
лиц. “Правительство Грузии быстро прореагировало, для беженцев были
построены   дома,   им  выделены  небольшие   участки   земли”,   –
рассказывает замминистра.
   Г-н  Раквиашвили сообщил, что там, где проходит административная
граница  между  Грузией  и  Южной Осетий, грузинское  правительство
собиралось  запустить  программу экономического  восстановления,  в
которой  должно было участвовать население по обе стороны  границы.
По  словам замминистра, целью программы было объединение  осетин  и
грузин в совместные фермерские общины, создание для местных жителей
условий,  в  которых  они могли бы вместе работать.  “Но  программу
пришлось  закрыть, когда Россия наложила вето на продление действия
мандата  миссии  ОБСЕ в Южной Осетии. Де факто правительство  Южной
Осетии  не  допускает международных наблюдателей  в  Цхинвали  и  в
районы к северу от города. Сейчас Грузия не сотрудничает с де факто
правительством  Южной Осетии в вопросе предоставления  гуманитарной
помощи местному населению”, – сказал замминистра Грузии.
   На  недавнем слушании в Сенате заместитель министра обороны  США
Александр  Вершбоу подчеркнул, что недавнее обострение  ситуации  в
зоне  конфликта  еще раз доказывает, что присутствие  международных
наблюдателей   по  обе  стороны  административной  границы   просто
необходимо.
   Тимур  Цховребов живет в Цхинвали. Он издает газету ’21-й  век’,
которую  называет  “независимой и сильно  политизированной”.  Тимур
считает  себя  политическим  оппозиционером  администрации  Эдуарда
Кокойты. Он не мог участвовать в прошедших в Южной Осетии  в  марте
парламентских выборах, так как независимые кандидаты к  участию  не
допускались.  Тимур  говорит, что в будущем продолжит  политическую
деятельность.
   “В  Южной Осетии формируется, возникает слабенькая оппозиция,  и
ее  не  подавляют. Раньше мне было газету довольно сложно издавать.
Сейчас  сложностей политического характера нет, только  финансовые.
Если  у  меня  деньги есть – могу выпускать газету,  мне  никто  не
мешает”, – рассказывает он.
   По  словам  Тимура, он не против власти, он – “против  глупостей
власти”.
   “Я  недоволен темпами строительства. Сегодня я ездил  в  деревню
Дменис,  недалеко  от  Цхинвала. Там восемь  домов  было  полностью
разрушено   и   сгорело.  Сейчас  ни  один  не   восстановлен”,   –
рассказывает Тимур. “Глава администрации мне сказал, что люди  сами
виноваты  –  не подготовили необходимый пакет документов.  Выходит,
человеку  недостаточно, что дом сгорел во  время  войны,  ему  надо
доказать,  что  он не сам его сжег? И еще один момент.  В  Цхинвале
ремонтируются здания: санэпидемстанция, банк, МВД. Но я считаю, что
это  не  первоочередное. Сначала надо восстанавливать  жилой  фонд,
обустроить людей. Ведь это нарушения права граждан на жилище”.
   По   словам  Варвары  Пахоменко,  многие  жители  Южной   Осетии
считают,  что  в конфликте политики преследуют свои интересы,  а  о
рядовых  гражданах  не  думают. “Я много  раз  слышала  от  местных
жителей: “Почему они так с нами поступают, им и до войны до нас  не
было  дела”,  – рассказывает Варвара. “Мне жаловалась одна  русская
женщина,  там  живущая:  “Куда же девается гуманитарная  помощь  из
России,  если даже до меня, до русской, она не доходит?” – цитирует
Варвара слова этой женщины.
   “Многие  не  понимают, куда дальше”, – продолжает Варвара.  “Все
рады  тому, что там стоят российские войска, но есть ощущение,  что
это  все  может  постепенно превратиться в  военную  базу.  Местные
жители  будут работать рядом с базой. А все остальное –  это  будет
такая полу-дача, где нет работы и нечего делать”.
   По  мнению  Тимура  Цховребова, в Южной  Осетии  есть  природные
ресурсы,  которые  можно разрабатывать. “Здесь  есть  месторождения
цинковой руды. Но шахты восстанавливать очень дорого, – считает он.
–  Можно  разводить то, что дала природа, у нас чистейшая экология.
Есть  запасы  букового леса и минеральной воды. У нас очень  хорошо
растет   роза,   я  бы  на  нее  переориентировал   хозяйство,   на
производство  розового масла. Но все эти отрасли  требуют  огромных
инвестиций”.
   По  свидетельствам Андрея Черемных, те жители  Южной  Осетии,  с
которыми  он  разговаривал  во  время своей  поездки,  положительно
относятся к объявлению независимости. Однако неприязни к грузинам у
них  нет.  “Многие  говорили, что хотят взаимодействовать,  дружить
дальше...  Некоторые  представители НПО  рассказывали,  что  готовы
разрабатывать  проекты  по  борьбе с нетерпимостью  в  обществе  по
отношению  к  грузинам, – говорит Андрей. –  Некоторые  осетины,  с
которыми  я разговаривал, искренне обижаются, почему они  исключены
из   процесса  международных  слушаний  и  переговоров  по  вопросу
августовской войны”.
   Постоянный  представитель Грузии в США Бату Кутелия  в  интервью
“Голосу  Америки” сказал, что часто слышал и другие мнения  жителей
Южной Осетии. “Я говорил со многими осетинами, и они были счастливы
жить  в  Грузии.  60 процентов семей до войны в Южной  Осетии  были
смешанными.   В  других  частях  Грузии  расположено   значительное
количество  осетинских  деревень. И они там  счастливы,  живут  без
проблем.  Для  того,  чтобы прийти к более  точным  выводам,  нужно
провести  более  широкий  и  точный  опрос  населения”,  –  считает
постоянный представитель Грузии в США.
   Андрей  Черемных  рассказал об одном  эпизоде  своей  поездки  в
Южную  Осетию,  который  его  сильно поразил.  Во  Владикавказе,  в
Северной  Осетии,  он  нашел таксиста, который собирал  пассажиров,
чтобы  за плату отвезти в Цхинвали. Водитель был осетин, а одна  из
его пассажирок – грузинская женщина. “Меня поразило, как они друг с
другом  общались”, – рассказывает Андрей. – Все, что они  говорили,
было  связано с негодованием и с непониманием того, зачем  политики
развязали эту войну. У этой женщины из Грузии масса родственников в
Южной  Осетии,  равно как и у мужчины-водителя есть родственники  с
грузинской  стороны.  Это стало для меня шоком  в  хорошем  смысле.
Обычные  простые  люди  могли так тепло  друг  с  другом  общаться,
несмотря  на  то, что пережили войну друг с другом’,  –  удивляется
Андрей Черемных.
К содержанию || На главную страницу