Милена ТЕДЕЕВА

ПУСТАЯ КВАРТИРА


FALLING

Падаю,
падаю –
в темную
рану.
Оконную
раму
круша
на лету.
Падаю
в снегопад,
за ограду
дома –
в давно
знакомый,
собственный
ад.
Падаю
каплей
киселя
в подол
февраля
Падаю...
Падаю…
Правда ли
сватали
девочку
эту
ангелы
боли?..
В небо,
павшее
на землю,
делаю шаг –
запросто так…
Проверяя
брак
творения,
судьбу
на вшивость,
Творца
на милость…
…падаю…
Правда ли
сватали
женщину
эту
ангелы?...


НА СТАРОМ ДИВАНЕ

В руке – карандаш.
Даю себе право на ошибку,
но стеркой не запаслась.
Как пациент наркодиспансера
одного хочу:
сжимать губами сигарету,
глотать горячую горечь.
Как и всякий одинокий волчонок,
отворачиваюсь от лиц –
смотрю на луну...
иногда вою...
Очертив прямоугольник –
свою границу
(на своем стареньком диване),
никого не слышу...
А вокруг – ЛЮДИ.
Ну, хватит!
Брюзжание....
…тошниловка.
А ведь это тоже я…
Кляну судьбу,
кладу с прибором
(коего нет)
на всех,
кому...
я не по душе
пришлась....
Приш....
...пришлая?
Куда я стучала?
Зачем?
Кто мне открывал тяжелый дуар?
т.е... дверь…
Возможно,
ее надо искать в другом коридоре.
Но я пока здесь.
Еще дышу,
еще вожу карандашом по бумаге,
выписывая не лучшее,
смакуя не вкусное,
топлю слова в волнах-
перечеркиваниях,
ныряю,
чтобы, наконец,
достичь ожидаемого дна.


КИРИЕ ЕЛЕЙСОН

Не возвращайся…
ни на один перекресток памяти,
к остовам зданий,
крышам, куполам,
шпилям, флюгерам…
не возвращайся.
Пролетай мимо
всех окон,
задернутых наглухо,
намертво, начисто
стертых  ластиком
перемен...
Пролетай мимо.

Распахни душу
всем первым встречным
ветрам, ароматам,
и даже смерчам,
и даже смертным.
Распахни душу…

Не уберечься
от рваной раны,
врагов нежданных,
гостей незваных,
падений в пропасть
не уберечься.

На всех найдется
овраг и кочка,
мишень и точка
стрела, острога,
стрельба и пытка
на всех найдется…

Хвали лишь Бога
своей любовью
к нелепым людям,
не бойся сети,
не бойся боли,
...хвали же Бога
своей Любовью…

Шепчи все время
два тихих слова,
два робких слова,
два смелых слова:
«Помилуй Боже» –
шепчи все время...


ПУСТАЯ КВАРТИРА

Как будто вовсе и не мы
вдвоем, в чужой пустой квартире,
обняв простуженную лиру,
озвучивали наши сны.

И на карнизах воробьи
вдыхали запах темных окон,
а мы заматывались в кокон
и умирали от любви.

А утром первую метель
задуло ветром к нам на кухню –
и нежный наш покой вдруг рухнул,
и холод пробрался в постель.

Ты, оторвавшись от тепла,
бежал домой и на работу,
а я, смеясь, роняла воду
и умывала зеркала…
К содержанию || На главную страницу