Георгий МАЛИТЫ

К 135-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ

ДВА ПАСТУХА


Перевод с осетинского Т. САЛАМОВА


ВОЛНА

Дочь небес, луна сияет
В голубой ночи,
Над горами рассыпает
Бледные лучи...
А на дне глухой теснины,
Злой тоски полна,
О немые скалы бьется
Темная волна.
И шумит она печально
Далеко внизу:
«Я по черному ущелью
Мертвеца несу...
На далеком перевале
На исходе дня,
Сталью вражеской пронзенный,
Он упал с коня.
И не слышит он, как плещут
Волны без конца,
Как, холодные, стекают
С мертвого лица...
Он не слышит, он не видит,
Взор его погас,
Блещут брызги, словно слезы
У незрячих глаз...»
Вот о чем шумит угрюмо
Терека волна
И во тьме о скалы бьется,
Злой тоски полна...
Дочь небес, луна сияет
В голубой ночи,
Над горами рассыпает
Бледные лучи.
1907


ДВА ПАСТУХА
(Дигорское сказание)

Трубит тревогу
В рог громогласный
Пастух с высокой
Вершины Уаза:
– Подходит, вижу,
Моя погибель –
То Биасланта
Числом двенадцать
Идут на Уаза
Вершить насилье.
Они угонят
Все мое стадо!
Ему ответил
С вершины Черной
Игрой свирели
Пастух далекий:
– Ты не пугайся,
Друг мой хороший!
Есть в твоем стаде
Вожак рогатый.
Его зарежь ты
Гостям незваным.
Радушно встреть их,
Попотчуй мясом.
Когда ж к трапезе
Они приступят,
Ты крикни: «Хищник
Напал на стадо!»
С земли в тревоге
Вскочи проворно,
Толкни ногою
Котел кипящий, –
Тогда по воле
Святого неба
Настигнет гибель
Пришельцев лютых.
Настало утро –
И Биасланта
Числом двенадцать
На Уаза всходят.
Козла им режет
Хозяин добрый,
Вареным мясом
Их угощает.
На землю севши,
Пируют гости.
Вдруг крикнув: «Хищник
Напал на стадо!» –
Метнулся к овцам
Пастух проворно,
Толкнув ногою
Котел тяжелый.
И, расплеснувшись
Крутой волною,
На землю хлынул
Поток горячий.
К гостям вернулся
Пастух – и видит:
Лежат  недвижно
Лихие гости.
Лежат  недвижно
На черном склоне –
Унес их жизни
Поток кипящий...
Вот слышно снова,
Как рог взывает
К вершине Черной
С вершины Уаза:
– Зачем я, друг мой,
Тебя послушал,
Зачем невольно
Свершил убийство?
Ведь грех наш тяжкий,
Злодейство наше
Нам не простится,
Мой друг хороший!
Небес проклятье
Тебя постигнет,
Земля, разверзшись,
Тебя поглотит!
И вновь ответил
С вершины Черной
Игрой свирели
Пастух далекий:
– Кто над народом
Творит насилье –
Пусть так же сгинет,
Как эти гости...
И пусть их гибель
Врагам жестоким
Вовеки служит
Уроком тяжким,
И, черной вестью
Под корень срублен,
Пусть наземь рухнет
Род Биасланта!
1923


ПЕРВЫЙ СОЛОВЕЙ

Землепашец:

Еще весна кочует
В далекой стылой мгле,
Еще орел не чует
Добычи на земле...

Еще хребты под снегом
Угрюмы и пусты,
Еще стоят по рекам
Ледовые мосты.
И март еще бураном
В горах не отсвистел...
Что ж, соловей, так рано
Домой ты прилетел?

Иль тосковал в разлуке
В заморской стороне?
Или мечтал на юге
О северной весне?

Твой голос заискрится,
Звеня на все лады –
И пастухам не спится
До утренней звезды...

Пусть смел, пусть равнодушен
Ты к смерти и к судьбе –
Боюсь, голодной стужи
Не пережить тебе...

Соловей:

Меня не испугает
Суровость зимних дней.
Смотри: весна шагает
За песнею моей.

Пусть мартовская вьюга
Скулит, как пес, в лесу –
Я вместе с песней юга
Конец   зиме несу!..
1927
К содержанию || На главную страницу