Cослан ЗОКОЕВ

ПЛАСТМАССОВЫЙ ЭТЮД

СИМФОНИЯ СОЗРЕЕТ
        Есть совершенные картинки...
                Юрий Одарченко
Так, зерна партитуры,
Рассеяв тут и там,
За банкой политуры
Нетрезвый шум и гам
Отсей и жди. Созреет
Симфоний урожай.
Вон, чайка низко бреет
Над крышей гаража.
Симфония созреет.
На нижних этажах
Цирюльник ловкий бреет
Небритого бомжа.
Мужик клянется тестем,
Что пил в запрошлый год.
Жена, не веря, крестит
Чем попадя его.
Симфония созреет,
Сиди себе и жди.
Распахивают ветер
Осенние дожди...


ЗАРИСОВКА
        В жаркий полдень...
            Саша Черный
На жгучей гальке возле баржи,
Огромной, как универмаг,
Рисую дружеские шаржи,
Под солнцем жарким сед и наг.

Вон тот, с прической вечно птичьей,
И сам, как чайка на пике,
Что числит он своей добычей?
- Фанер спрессованный брикет.
А этот, лысый, в вечно мятом,
Видавшим виды пиджаке, -
Тишайший из моих собратьев,
Что промышляют на песке
Морском этюдами. Подруга,
Носатая, как Пикассо,
В морскую гальку стан упругий
Впечатав, как в речной песок,
Беспечно курит, наслаждаясь
Жарою, чайками. В залив
Окурки дымные бросает,
Хохочет, плечи округлив...

Так незатейливые шаржи,
В жару, на гаваньских камнях,
Пишу в сени огромной баржи,
Как память о веселых днях.

* * *
Записать бы хороший дождь
На магнитную ленту. Плеск
Серых листьев. Скупую дрожь
Голых сучьев. Сапфирный блеск
Синих луж. А каркас дождя
Заткан тюлем туманной мглы...
И, под руку с тобой идя,
Мыслям дать по теченью плыть.

* * *
Безнадежное серое небо
Одолела промозглая мгла.
Этим утром безрадостным мне бы
Добежать до родного угла.

Только где этот угол - не знаю,
Ведь не тот, где стоит “Гастроном”.
Плотный дождь, как трико облегает.
Вон, блондинка за ближним углом,
Как опенок сквозь серое сито,
Тускло светится рыжей копной...
А из джипов вопят “одесситы”,
В уши влабив куплет проходной.

* * *
Весною ранней так бывает:
Идешь, оглянешься назад
И на плечах своих поймаешь
Прицелившийся женский взгляд.

Так, мельком, будто бы случайно:
“Бордюр, ограда, столб, и он”.
И вопль пронзительный трамвайный,
Как разговевшийся тромбон,

Даст доминанту новой встрече.
И подходя “на-закурить”,
Уж ясно ей, со мной ли вечер
В “Сайгоне” будет проводить.

ПЯТНО
Проснуться, выбриться и выскользнуть из дому,
Оставив побоку неспешные дела.
Сходить в кино с давнишнею знакомой,
Случайно встреченной у ближнего угла,
Где “Гастроном” и гангстерские сходки
Блатных и нищих в предвечерний час...
А поздно вечером помады вкус и водки
Пятном впитает импортный палас.

* * *
стук вазы гипсовой о деревянный пол
тупой и словно о ковер зубами
или гвоздем по волнам пропилена
такое чувство если ты уйдешь
а по весне - апрельская сосулька
на солнце искрами и соловей
напился жемчуга бенгальские огни
зигзагами на дюнах кринолина

* * *
Он спросил ее: “А чё вы,
Братьев любите Ткачёвых?”
“Нет”, - ответила она, -
Лишь Хаима Сутина”.

* * *
Сверкают серебром среди ветвей
Плоды тяжелых яблонь, гнутся долу.
Разливистою трелью соловей
По каплям, как по нотам, баркароллу
Выщелкивает. Мокрое весло
Набухло. Ливня занавес опущен...
В такой вот дождь в державное село,
Должно быть, приезжал к поэту Пущин.


ГАЗЕТНЫЙ ЭТЮД
Графит сырой налип к ладоням -
Газета вымокла. Статья
Расплылась. Ветер в луже гонит
Слепую рябь. Неслышно я
Касаюсь пальцами портрета -
Как сразу вдруг похорошел! -
Всего ж - девчонка в мятом кепи -
Реклама мыла фирмы “Shell”.

* * *
Скат крыши заткан серебром,
Ворот обледенели брусы.
Колтун ветлуги над двором,
Как торс рождественского гуся
Топорщится. От самых звезд
Снежинок звездочки струятся.
Декабрьский завершая пост,
Решило небо разговляться.
И по канве стекла мороз
Расшил компьютерные розы,
Сквозь стебли хрупкие пророс
Мерцающий неверный образ.

* * *
Пить Пастернака мелкими глотками,
Уж больно громок, ярок, звучен, жгуч.
Напор ручейный, бьющийся под камень,
Разбег берущий у подножья круч.
Литавры грубой веская мажорность
Тангейзерова в грохоте ведра
Колодезного. Четкая соборность.
Чеканящая дробь армейских краг.
Клен индевелый, моросня и стужа,
Февральский ярко-выморочный век.
И вот еще. Накатами обужен
Колючей хны из-под настила век.


СТРОИТЕЛЬНЫЙ ЭТЮД
Жара. Кирпич. Раствор. Напарник
С похмелья мрачен и тосклив.
Чегой-то о курортах Варны
Вещает диктор. Рванный лиф
Валяется под пыльным стулом
(Была попойка с неглиже).
И безнадегой сводит скулы,
И битый мусор на душе.

* * *
Играй любимыми словами,
Тверди беспечно: “Жаль! и “Зря”!
Качают клены головами
Вбирая терпкие слова.

Качает ветерок качели
И серых уток на пруду.
От солнца высохшие ели
Бесплотный источают дух.

Жаль, вместе были так недолго,
И зря прощаемся - вот так.
За жесткий воротник иголки
Осыпались. Сухой табак

Крошится в пальцах. Сигарету
Щелчком под елку зашвырнул.
Льнет к кадыку лилейной лентой
Извечной страсти жесткий шнур.


УЛЫБКА
Улыбка и сквозь призму грусти
Улыбкой быть не устает.
Где шуточку душа отпустит,
Чтоб не застряла в горле кость
Вседневно-еженощной мути.
И словно на луну койот,
Душа в трико Орнеллы Мутти
Скулит, но все-таки поет.

* * *
Огромного заката полоса, Зеркальных рельсов узкие полоски. Отходит поезд через два часа. Есть время постоять на перекрестке Души и шпал. Армагеддон на час. Вокзальный Гамлет с рыжим чемоданом, Стоишь, и рифмы тихо бормоча, Вопросом задаешься небоданным. ПЛАСТМАССОВЫЙ ЭТЮД Дождь падает. Тарелка с мокрой пиццей. Блестит на плексигласовом столе. Автомобилей мокрых вереница Идет анданте. Бойкий “шевроле” Темп ускоряет. И звучит крещендо Оркестр из тумб, киосков и ларьков. Еще не достает до “хэппи-энда” Сказать: “Stop move!” Финал. Апофеоз. * * * Кольца рыб, как связка ключей, Брошенных Богом в воду, И оживших в углах лучей, Переломленных в стеклах брода. Против ханского плеска волн Венценосная скользь форели, - У истока занять престол Будто б рыбы имеют целью. АПРЕЛЬСКИЙ ЛИВЕНЬ Случилось что-то в мире под дождем... Романов Прокатилась гроза, словно кегельный шар, Расшвыряв по бульварам обрывки Театральных афиш. И бутылочный шарм, Плотный, гладкий и все-таки зыбкий Приобрел мокрый город. Аншлаги блестят, Позабыв про названия улиц. И смеется чему-то ватага ребят, По проспекту беспечно тусуясь. Мокрый бронзовый вождь приютил голубей На макушке блестящей. А выше, В тучах серое стало слегка голубеть По указу премудрому свыше. И нарядных трамваев будильничья трель Будоражит цивильных прохожих. Желторотая зелень, веселый апрель На босую принцессу похожий.


К содержанию || На главную страницу