Михаил ВОГМАН

КРЕЩЕНИЕ ДОЖДЕМ


НАХЛАОТСКИЙ ЦИКЛ (ИЕРУСАЛИМ, 2004-2005)

1
Здесь светофор стрекочет, как сверчок,
И больше кошек, чем мышей и окон,
И утром вместо «блядь», «спасибо Бог»
Ты произносишь, будучи растолкан.

Сезон дождей срывается с небес
Последним непредвиденным аккордом.
Здесь можно воздух пробовать на вес
И с «Зогаром» сверяться по Субботам.

Зеленым дымом нервы раздразнить
И дальше жить легко и чудесато;
Здесь есть любовь, которую сравнить,
По сути, не с чем – нету адресата.

Здесь все твое, и столь же не твое,
Как можно только женщине и вере.
...Жизнь на земле такое же вранье,
Как жизнь на Марсе или, там, Венере.

2
Какой-то город – сказочный! – в ночи
Дома, деревья, церкви, кирпичи,
Помоечные кошки на заборах,
Случайный свет в квартирах и конторах,
Треск светофоров, словно треск цикад, –
И уличные вывески горят.

Что твой пророк, не пью, – а все косею.
Навряд ли приравняюсь Моисею
при всем косноязычии; зато
(как осознал вчера, купив пальто
у «харедим») войдя в Иерусалим,
Имею преимущество над ним.

3
В этом городе холодно, как нигде.
Все равно, что Юг, Палестина – таков сезон.
Все закрывается рано – даже в кафе сидеть
Можно до часу (далее – моветон).

Ночь наступает где-то после шести.
По четвергам моросит, а порой и снег –
Даже перелетные птицы в своем пути
Не всегда останавливаются на ночлег.
Ветер ломает зонты, как сухой тростник  –
Климат святой земли суров к новичку.
В узких проулках грохочет чужой язык –
Курд продает севрюгу в чужом соку.

Как известно, цена на Востоке рождает спрос;
Здесь кило авокадо дешевле, чем огурцов.

И если ты задаешь какой-то вопрос,
Ответ приходит быстрее, чем ты готов.

4
Еще по телу бродит алкоголь
От вечера, потраченного втуне.
Кухонный кран протяжный ля-бемоль
Под пальцами выводит от натуги.

А за окном – пронзительный, как крик! –
Растекся город, сказочный до дрожи.
И даже мой стреноженный язык
Чуть слышно шепчет «благодарствуй, Боже»...




МЕЖГОРОД

1
Скрипят качели во дворе
пронзительно, как зов на помощь.
Мой путь проложен в сентябре,
Где янтаря и яшмы помесь

в отказ от поручней, порук –
Но не от рук и не от Рая...
Как далеко, мой бедный друг,
От центра мира – и до края,

как далеко от дней – до дней,
Где полость переходит в повесть…
Но чем священней, тем больней
союза нашего греховность.

2
Ну вот, началась настоящая осень,
Когда принимают крещенье дождем.
Когда мы не просим прощенья, не просим –
Но как-то по-детски застенчиво ждем.

А в каждом крыльце ощущенье причала,
И в лужах рябит отраженье лица.
Нам кажется, мы начинаем сначала,
Но в этом начале  – прозренье конца.

3
спасибо за пьянство, за дым коромыслом
за радость ошибки, за счастье без смысла
за слезы прощанья, за смех без причины
за цепкую лапу зеленой кручины
за то что ушел и за то что был рядом
за темную лестницу в старом парадном
за тайную встречу в рассвет на перроне
за грех и за святость в едином флаконе
за сдержанный вздох, за укол укоризны
за новые жизни, за старые жизни.
за город, в который вовек не войти...
Но только: прости мне все это, прости!

4
Под вечер – ветер треплет флаги;
Наутро – снег. И пару дней
От белизны, или от влаги,
Предметы кажутся черней –

Знакомый дом, чужие двери,
Вороны, крыша гаража…
Вода в пруду, деревья в сквере,
И зачерствевшая душа.

5
Полгода спустя, и на этом же месте.
Ты смотришь легко и лукаво
(Как будто два дня, проведенные вместе,
давали какое-то право…)

Предавшие узы, которых священней
Лишь таинства брака и братства,
Мы знаем, что нет и не будет прощенья,
Как нет возвращенья обратно.

Зачем же тогда так морозно и просто,
И ветер веселый под аркой…
И смотрит медведь человечьего роста
В витрине бутика Подарки.

6
На Охте осыпалась охра.
Мутнее в каналах вода.
И снова тревожно и мокро,
И в окна стучится беда.

Под утро на лужах короста.
За окнами пьют и грустят.
А письма летят через версты,
Как листья с деревьев летят.
2005-2006


*  *  *
Восходила луна, озаряя луг,
Остужая светом горячий пыл...
Неужели все это замкнутый круг,
Неужели я уже кем-то был?

Я назад оглянусь – и не встретит взгляд
Ни другого взгляда, ни рук, ни ног.
Ни вернуться сам, ни вернуть утрат
Человек не волен. И я не смог.

Но когда за спиной захлопнулась дверь,
Подожди жалеть обо всем, чем жил –
Нажалеться успеешь. Прежде – поверь
Что ты сам закрыл ее. Сам решил.
Апр/май 2006


К содержанию || На главную страницу