Блашка ГУРЖИБЕКОВ

КОСТА

ПЕРЕВОД С ОСЕТИНСКОГО С. ВОЛЬСКОГО



АБРЕК

Орийра, прекрасный
Скакун вороной!
Твой всадник несчастный –
Абрек молодой.

Мой отец – дигорец.
Маму
Он из Кабарды увел;
Лет без них прошло немало.
Без любви, как волк, я зол.

Знал я мир нужды и бедствий,
Рос в грязи, был хвор и хил.
И ни разу, помню, в детстве
Голод я не утолил.

Сыном улицы считался,
Весь в лохмотьях, вечно бос.
Елмарзою злым я звался;
«Кто я?» – вечный мой вопрос.

Скрылись отрочества годы,
Спят родные вечным сном,
Оказался без ухода
И пришел в негодность дом.
Разозлясь на долю злую,
Я абреком стал лихим.
Широко теперь живу я,
Волю дав рукам своим.

Ночь мне лучшая подруга,
Ветры – верные друзья,
Вся родимая округа –
Мать-кормилица моя.

Пища мне – стада Афсати,
Что увижу, все мое.
Ловкость рук – вот совесть татя;
Славьтесь, бурка да ружье!

Так живу. Когда ж в бессилье
Встречу смерть в объятьях гор,
Кто предаст меня могиле,
Коль разбойник я и вор?

Если хворь меня изгложет,
Кто придет спасти меня?
Листья палые – мне ложе,
Мне подушка – корень пня.

Кто глаза мои закроет,
Коль закончу путь земной?
Странник с нищенской сумою
Иль медведь – шатун лесной?

Кто меня оплакать сможет,
Опечалясь хоть слегка?
Кто потом сказанье сложит,
Словно башню, на века?

Да никто… Лишь по оврагу
Камнепад греметь начнет.
Лишь мой конь – как жаль беднягу! –
Надо мной склонясь, замрет…
Орийра, прекрасный
Скакун вороной!
Твой всадник несчастный –
Абрек молодой.
Между 1896 и 1902


КОСТА

Кто не чтит твое имя и дело,
Кто душой к твоим песням остыл?
Кто с народом еще так умело
На его языке говорил?

Долго мучились души и руки
Под ярмом и невзгод, и тревог.
Только ты, оценив наши муки,
Свет надежды во мраке зажег.

Нам твой вещий фандыр – словно солнце,
В нем душа, как в ребенке, чиста.
Твое имя, что славят иронцы,
Повторяют дигорцев уста.

Пусть лицо твое нам не знакомо,
Слово правды до нас ты донес, –
С благодарностью отчего дома
Говорит тебе родина: «Боз!»1


1 Боз (осет.) – спасибо


К содержанию || На главную страницу