Стихи
В агонии к Гефестиону
А. К.
Молитвы растерты
В аорте дымящих,
В парфянской аорте
Базаров горящих.
Молитва бессильна,
Молитва продрогла:
Я буду Ахиллом,
Останься Патроклом.
Мне чудится ревность
Дыханьем Шираза,
Но тело напевно
Вздыхает проказой.
Персеполь обуздан —
Напишется эпос,
Подобный искусству,
Бегущему слепо.
Человеческое семя
Не только из глины,
Не дымом,
Не джинном
И точно не Богом,
А вами, мужчина,
Был создан Адам, —
Слезою застывшей
На вздутой щеке
Безвинной Аиши,
Айшат, Патимат,
Что выданы замуж
Не чтобы понять,
Что слово «Адам»
И есть слово «ад».
Мне в зеркале стыдно
Заметить себя.
Раздробленный выдох —
Желаю пропасть.
Я скроюсь. Не стану
Глазами пытать
Глаза,
Что колотой раной
Кровоточат.
На ощупь к увядшим напевам
По ступенькам и вдоль стены
Пройду протóренный путь к Еве…
Неприкаянный
Путь
Вины.
Вхожу.
Сажусь.
Она поет.
Тянусь.
Дрожу.
Изогнут рот
В улыбке мертвой юности,
Луной в пустой полуночи.
Поющий:
«Чlаров чlатlа дирзуну,
Чаргудей».
Сползает на простынь слезою
Просьба: «Чтоб не было больно».
Довольно!
Пусть губы о губы,
Закроют глаза:
«Быть может, мы влюбим-
Ся?..»
* * *
А. Мусаеву
Вагоны над жерлом Харибды,
В агонии оттянутой.
На рельсах слезятся изгибы
Волн.
«Москва — Итака».
Вокзал вдали, но в даль вдова
Глядит и ждет. Искривлен год,
И два, и три
Едва прошли…
«Ну где же ты?»
«Москва — Итака».
Изранено солнце
Молчанием моря.
Кто-то в вагоне
Проснется от горя,
Заплачет и снова
Уснет.
Полуявь, полусон, полустон,
Полувздох.
С обветренных, но верных губ
Хриплой пеной лопнет шепот:
«Пенелопа…»
Поезд прибывает. Чайки. Итака.
Приют комедиантов
Десять шагов Арлекина —
Пара часов на любовь.
Где-то поет Коломбина,
Дети играют в любовь.
Наизнанку вывернут — колпак,
Звенят по швам рубцы на теле.
В ржавчину ворот стучится шаг:
«Может, эти люди — менестрели?
Может, эти люди
В круг хотят,
Плясать,
Как мы плясали прошлый вечер?»
Пьеретта
От неба до табуретки
Натянет канат,
Куклу к груди
Нежно прижмет.
«Уйдет, уйдет!» —
Звон из груди,
А впереди —
Лиловый Пьеро
Выйдет во двор,
Воздух глотая
И пропадая
Дальним, затерянным эхом.
Ломкие пальцы разжимая,
Куклу на пол
Коломбина
Роняет.
Десять шагов Арлекина —
Десять шагов до стены.
В небе поет Коломбина,
Дети — в луну влюблены.
* * *
Менада, не надо срывать винограда
Набухшие вдохом червивые гроздья.
Менада, врастайся вдоль сада Саада
На ощупь — ашугами ломаной розой.