НЕИЗВЕСТНЫЕ РЕЦЕНЗИИ
НА ПРОИЗВЕДЕНИЯ
ГАЙТО ГАЗДАНОВА В СЕРБСКОЙ ПЕРИОДИКЕ
30-х ГОДОВ ХХ ВЕКА



Публикация и предисловие Зорислава Паунковича и Алексея Арсеньева


    В своей монографии о Гайто Газданове Ласло Диенеш собрал все
известные  ему  критические  отзывы о  творчестве  Газданова1.
Диенешу,  также как и другим исследователям, остались неизвестны
тексты  и  упоминания о Газданове в сербской периодике тридцатых
годов.  Мы  можем говорить, по крайней мере, о десяти текстах  о
Газданове в период с 1930 по 1939 год, которые принадлежат  двум
авторам.   Оба  автора  –  русские  эмигранты,   и   их   тексты
опубликованы  на  сербском языке. Первый из  них,  писавший  под
псевдонимом  Евгеније Захаров (так по-сербски), жил в  Белграде.
Лев   Горович  Захаров  (1903–1975),  литературовед,  критик   и
переводчик  русской литературы, широко сотрудничал в югославской
периодике  и  писал  о русской литературе и культуре.  Он  очень
активно  публиковался между двумя мировыми  войнами  (в  сводной
библиографии критических текстов в Югославии список его работ до
1941  года  насчитывает 229 названий2).  Захаров  сразу  высоко
оценил дарование Газданова и регулярно писал о его произведениях
в  разных  периодических  изданиях3. Второй  рецензент  –  друг
Газданова    Бронислав    Сосинский    (1900–1987),    сотрудник
белградского  «толстого» журнала «Руски  архив».  Три  текста  о
Газданове  принадлежат  Захарову, остальные  –  Сосинскому.  Нам
кажется,  что  тексты  имеют значение  для  биографии  Газданова
(например,  из  текста Сосинского мы узнаем о его  знакомстве  с
оценкой  Горького  «Вечера у Клэр») и свидетельствуют  о  ранней
рецепции  творчества Газданова в Югославии. Здесь в переводе  на
русский язык мы публикуем самые значительные из них4.


     Е. ЗАХАРОВ
     Роман Гайто Газданова5

     Произведения Гайто Газданова оставляют впечатление  чего-то
смелого,  самобытного, глубоко пережитого и  весьма  оригинально
высказанного.  Рассматривая их вне связи с  литературой  русской
эмиграции,  в  рамках  которой они  возникли,  эти  произведения
свидетельствуют  о  явлении  оригинального,  крупного   таланта.
Рассказы  Газданова  привели нас к  выводу,  что  этот  писатель
вносит   новый   характерный  момент  в   русское   литературное
творчество вне России.
       Газданову    абсолютно   чужда   атмосфера   литературной
традиционности   и   «академизма»,  свойственных   произведениям
крупнейших   представителей  русской  литературы  в   эмиграции:
Бунина,  Шмелева, Зайцева, Куприна и др. Его произведения  резко
отличаются  от  этого  направления. Газданов  писатель,  глубоко
прочувствовавший нервный и трепетный ритм военных и послевоенных
лет.   Сравнительно  молодой,  он  не  унаследовал  литературную
дисциплину  двух-трех предыдущих десятилетий,  что  произошло  с
известными представителями литературы вне России. Необремененное
литературными  штампами, движимое мощным  импульсом,  закаленное
мучительными  и  иронично-печальными  наблюдениями,   творчество
Газданова приобретает вес выдающегося литературного события.
Его  рассказы, уже пару лет печатающиеся в пражском литературном
журнале   «Воля  России»  и  в  других  эмигрантских   изданиях,
свидетельствуют  о тщательной отделке психологических  состояний
души, обрисованных в этих произведениях. Более того, эта тонкая,
проницательная  психология  пропитана  трепетным,  непреодолимым
чувством,  ненавязчивым  и  сдержанным,  однако  непрерывным   и
стихийным. Излюбленный способ повествования Газданова – иронично-
лирический,  с  сильным  ударением на романтические  настроения.
Естественно, эти настроения у Газданова состоят в тесной связи с
душевным   складом   вполне  современного  человека.   Трактовка
писателем  событий  и  их описание нагляднее  всего  выявлены  в
рассказе  «Водяная  тюрьма», хотя в  отношении  содержания  этот
рассказ, очевидно, не является самым выдающимся среди до сих пор
им   созданных.  Самое  значительное  и  известное  произведение
Газданова – роман «Вечер у Клэр» (Париж, 1930). Это первый роман
молодого    литератора,   однако,   все   русские   литературные
группировки  ощутили  и отметили, что роман является  выдающимся
явлением  русской литературы. Роман Газданова удостоен вниманием
даже советской литературной критики.
     Роману  «Вечер  у  Клэр» присущи фрагментарность  некоторых
пассажей,  частое  варьирование тона в широком  диапазоне  –  от
ускоренного,  приглушенно-трагического ритма до  нежных,  легких
штрихов  (воспоминания героя о своем детстве) – но  в  целом  он
насыщен стихийным, мощным вдохновением. Его мощь не расплывается
вширь,  что  свойственно именно русским писателям.  Сила  романа
щедро  раскрывается в пределах узких рамок, удачно  обрисованных
самим  писателем. Газданов изобразил нам душу,  рельефно,  среди
жизненного  лиризма,  колеблемую  теплой  грустью  воспоминаний,
душу,   сокровенное   бытие   которой   навязывается   властными
внушениями.
     Оригинально  и  само построение романа.  Известный  русский
эмигрантский  критик Марк Слоним считает, что Газданов  частично
использует   повествовательный  метод  Марселя  Пруста   –   его
произведение  опирается на случайные, внешние уподобления  и  на
постоянно  возникающие воспоминания о прошлом  (имеется  в  виду
психоаналитический метод). В любом случае, независимо от вопроса
о  литературных  влияниях  (по  нашему  мнению  незначительных),
«Вечер у Клэр», вне всякого сомнения, есть произведение значимое
еще  и  потому,  что  оно  предвещает.  После  этого  романа  от
Газданова  мы  вправе  ожидать большего, тем  более,  что  линия
развития его творчества направлена стремительно ввысь.



     Б. Сосинский

    «Воля России», №№ 1-12 за 1929 год и №№ 1-2 за 1930год, Прага;
    «Современные Записки», №№ 38-41. 1929-1930, Париж.6

     До сих пор мне не приходилось говорить сербским читателям о
весьма  важном  явлении в литературной жизни русской  эмиграции.
Правда,   в   «Русском  Архиве»  уже  была  напечатана   статья,
посвященная  журналистской деятельности эмиграции.  Однако,  она
носила   общий  характер  и  в  ней  не  разбирались   отдельные
интересные  явления. Я буду говорить о «толстом» ежемесячнике  –
«Воле   России»   и   о   «Современных  Записках»,   выпускаемых
ежеквартально.
     Получилось  так,  что  вокруг этих двух  крупных  журналов,
существующих   уже   около  десяти  лет,   собрались   различные
группировки  литературной  эмиграции,  поэтому  у   журналов   и
различные   физиономии.  Если  «Современные  Записки»   охраняют
«прославленные традиции» прошлого и свои страницы  предоставляют
старым  известным  писателям  (И.  Бунин,  Д.  Мережковский,  И.
Шмелев,  Б. Зайцев и др.), то «Воля России», напротив, заботится
об    отображении   русской   действительности   и    объединяет
литературную  молодежь  вне России  (помимо  А.  Ремизова  и  М.
Цветаевой).
     Перед  нами тетради этих журналов за прошлый год  и  начало
этого  года.  Попытаемся сделать короткий обзор их  литературных
отделов.
В  прошлом году беллетристика в «Современных Записках»  не  была
богатой,  за исключением «Жизни Арсеньева» Бунина (о котором  мы
уже  писали  в 5-6 тетради «Русского Архива»), вряд ли  остается
выделить  что-либо  стоящее. Совершенно  лишены  таланта:  роман
Шмелева  «Любовный рассказ», исторический труд  Мережковского  о
Наполеоне, в которых самое стоящее – цитаты из чужих книг, затем
поверхностно и лживо написанный роман Г. Иванова «Третий Рим»  и
биография Державина, написанная самым мертвым современным поэтом
–  Ходасевичем (о живейшем великом поэте!). И это, пожалуй, все.
(О  романе  «Ключ»  Алданова скажем отдельно). А  стихотворения,
опубликованные  в  «Современных  Записках»,  возвращают  нас   в
довоенный Петербург.
     Все-таки перед нами крупные имена. Может ли конкурировать с
ними литературный раздел «Воли России»? Как в этом году со своей
задачей  справился  Марк  Слоним,  литературный  редактор   сего
журнала?  В  своей  майской тетради «Воля  России»  опубликовала
рассказ  А.  Ремизова  «О бесноватой Соломонии»  –  произведение
исключительной  мощи и страсти. Тут дело о подлинном  событии  в
нашей  литературе.  Однако,  нас  интересуют  сочинения  молодых
литераторов, почти полностью заполнившие раздел. Чем  обрадовали
они нас?
     Первое  место, бесспорно, занимает новое имя Гайто Газданов
(о  нем  мы  тоже  скажем  отдельно). Имеются  в  виду  два  его
рассказа:  «Мартын  Расколинос» (кн. 8-9) и  «Гавайские  гитары»
(кн.  1 за этот год). Газданов уже определился как писатель.  Он
остроумен, мастерски «делает» рассказы – занимателен в фабуле  и
смел,  неожидан  в  смысле стиля. Состоит под  сильным  влиянием
французской  литературы (заметно воздействие М. Пруста).  Первой
своей   оригинальной  вещью  представился  нам  и   молодой   В.
Варшавский  –  «Шум  шагов Франсуа Вийона»,  в  которой  дальнее
прошлое  интересно  переплетается с современностью,  а  реальные
события – с фантазией. «Воля России» объявила конкурс на  лучший
рассказ,  в  котором приняло участие 90 писателей.  Опубликовано
всего пять рассказов; первый приз присужден пражскому писателю и
поэту   Алексею   Эйснеру,  за  рассказ   «Роман   с   Европой».
Произведение  написано лирическими красками,  восторженно.  Все-
таки,  более  интересным нам показался рассказ Н. Борина  «Жизнь
Китаева», в котором прекрасно изображены одиночество, томление –
чувства человеческой заброшенности.
Не  менее богат и отдел поэзии «Воли России». Помимо талантливой
«Поэмы  воздуха»  Марины Цветаевой, перед нами  и  две  поэмы  –
«Печаль2 – Утоли4» Бориса Божнева и «Февраль» Вадима Андреева. О
Божневе мы уже говорили («Русский Архив» №5-6). Настоящая поэма,
на первый взгляд с таким странным названием (вспомним первый шаг
в  шахматах:  е2-е4)  –  полностью посвящена  древней  и  мудрой
шахматной  игре. Однако шахматы здесь лишь форма, обрамление,  а
фактически в ней живо представлены двор Екатерины Великой и  дни
Французской  революции. Поэма написана прекрасными классическими
стихами.
     Следует  выделить и сенсацию «Воли России» – увлекательные,
живо  написанные зарисовки «В России» – произведение  одного  из
редакторов  журнала,  В.И.  Лебедева,  инкогнито  побывавшего  в
Советской  России. Наряду со своей документальной актуальностью,
в  них обнаруживается и беллетристический дар автора, правда  не
всегда ему присущий. Но, здесь это не существенно важно.
    Каковы же общие выводы? Не имея намерение обижать уважаемого
соседа «Воли России», несомненно одно – в «Современных Записках»
все  остановилось, застыло – это своеобразный могильный памятник
великой русской литературы. Правда, памятник великолепный, но  в
счетах  с  жизнью  за  «Волей  России»  стоят  сила,  молодость,
будущее!


    Гайто Газданов. «Вечер у Клэр». Изд. Я. Поволоцкого.
    Париж 1930;
    И. Болдырев. «Мальчики и девочки». Изд. «Москва».
    Париж 1930 г.

    Перед нами две книжки молодых сотрудников «Воли России».
      Свой  последний  короткий  обзор  в  «Русском  Архиве»  мы
закончили обещанием поговорить и о молодых прозаиках, когда  для
этого  представится случай. И действительно, не  пришлось  долго
ждать:  только-только как увидели свет две  интересные  книги  –
роман Газданова и повесть Болдырева!
     «Вечер  у Клэр» – явление не одной молодой эмигрантской,  а
вообще  всей  русской  художественной  литературы.  (Так  о  нем
высказались  и Максим Горький, и М. Осоргин, и Марк Слоним).  До
настоящего времени мы знали Газданова по его рассказам –  «Вечер
у  Клэр»  является  его  первым романом. Интересен  он  во  всех
аспектах. Начнем с его строения. Герой романа проводит вечера  у
любимой им женщины, Клэр. Лежа возле нее, он начинает вспоминать
всю  свою  жизнь. Так создается впечатление, что роман  начат  с
конца. Вся жизнь героя пронизана грезами о Клэр – но конец любви
представлен на первых страницах романа. Жизнь героя – детство  и
юность  –  подаются  в  причудливом психологическом  обрамлении.
Великолепно  даны  образы  отца  и  матери.  Ироничными   тонами
обрисован дядя героя и офицер-скептик. Смело отображены жизнь  в
кадетском  корпусе  и начало гражданской войны.  Автору  удались
оригинальные   типы   эпохи   революции.   Все   это   пропитано
единственной любовью к Клэр, расцветающей лишь в Париже.  Таковы
содержание и строение романа.
     Стиль  у  Газданова  определился давно:  чуть  насмешливый,
всегда  остроумный  –  и  легкий  тон,  иногда  –  в  лирических
философских  отступлениях приобретающий серьезный и своеобразный
мудрый   оттенок.  Что  особо  приятно  у  Газданова  –   приемы
отображения  действительности. Благодаря всему этому,  «Вечер  у
Клэр» произведение чрезвычайно интересное.
     Иван Болдырев скромнее Газданова. В своей повести «Мальчики
и  девочки» он описывает жизнь советской новой школы.  Просто  и
закономерно  перед  нами предстают милые и  смешные  лица  новой
молодежи.   Мелкие  личные  события,  переписка   учеников,   их
отношения к преподавателям, юношеская любовь, занятия – все  это
тема «Мальчиков и девочек». Тут встречается и тяжелая, печальная
фигура   пожилого  педагога,  преследуемого  новой   жизнью.   В
отношении  стиля,  Болдырев  состоит под  благотворным  влиянием
Алексея Ремизова.


    Е. ЗАХАРОВ
    Два романа7

     Русское книгоиздательство «Дом книги» недавно выпустило два
романа. Авторы их – Г. Газданов и В. Крымов.
     Г.  Газданов  вступил  в  русскую  литературу  сравнительно
недавно,  как  эмигрант, романом «Вечер  у  Клэр»,  который,  по
мнению  самых известных критиков, остается его самым  сильным  и
выразительным    произведением,   хотя   этот   талантливый    и
одухотворенный писатель и в своем позднем творчестве подарил нам
много превосходных страниц.
     В.  Крымов, о романах которого в свое время здесь  уже  шла
речь,  –  старый  литератор.  Написанные  живо,  текуче,  ловко,
некоторые из них переведены на английский язык.
     В  Париже,  центре  русской эмигрантской  литературы,  «Дом
книги»  развернул  издательскую деятельность, которую,  учитывая
тяжелое положение книжного рынка, можно считать оживленной.  Из-
за   высокого   уровня  изданий,  его  деятельность  заслуживает
похвального  слова. Однако, новую книгу Крымова, подчеркнем  это
сразу, нельзя причислить к удавшимся сочинениям писателя.


    *  *  *
     Г.  Газданов  же  дал нам, осмелимся сказать,  эмигрантский
роман, озаглавив его: «История одного путешествия». Но, в нем не
ставятся  какие-либо проблемы русской эмиграции, ее устремления,
сомнения  и обиды. Цель у писателя иная, сочинению присущи  иные
свойства, безусловно, наглядно и убедительно приравнивающие  его
к   романам  с  эмигрантской  тематикой.  В  своем  произведении
Газданов  сплетает  судьбы  нескольких  русских  изгнанников   с
судьбами   других   героев  «Истории   одного   путешествия»   –
француженкой и англичанином.
Обрисовывая  их судьбы, писатель остается тонким, проницательным
и  несколько  разочарованным наблюдателем, не  особенно  любящим
действие и уделяющим ему мало внимания.
     В «Истории одного путешествия» действие и фабула именно как
бы  сознательно пренебрегаются и у читателя складывается мнение,
что  этот  роман выходит за рамки своего жанра. События Газданов
трактует   и   представляет  как  нечто  случайное,  произвольно
навязанное. Ему нравится описывать людей статичных, вне  событий
и  жизненной  борьбы, зачастую лишенных – так,  судя  по  всему,
считает писатель – самых характерных черт их духовного облика.
     С таким подходом можно спорить, но и в этом плане Газданов,
несомненно, дал нам ценное произведение. Правда, «История одного
путешествия» не опускается на те значимые и трогательные глубины
– достоинства, свойственные упомянутому первому роману Газданова
«Вечер  у  Клэр»,  однако новый роман писателя  в  любом  случае
bkerq новым ценным вкладом в русскую эмигрантскую литературу.


    *  *  *
     Про роман Владимира Крымова «В царстве дураков» не скажешь,
что  он яркое литературное достижение. В сравнении с предыдущими
романами  Крымова,  роман подгулял, даже в аспектах  легкости  и
ловкости повествования, присущих произведениям писателя.
    Роман обессилел под грузом крупных притязаний автора: во что
бы   то  ни  стало  быть  глубокомысленным.  Вернее  –  казаться
глубоким, а фактически не высказать ни одной крупной и  значимой
мысли.  Крымов силен, когда описывает ему хорошо знакомую среду,
когда  представляет  людей, хорошо изучив  их,  когда  примечает
явления  быта.  Глубокомысленность  не  сфера  творчества  этого
писателя,  что  и  явилось  причиной неудачи  в  попытке  занять
позицию мыслителя.



      ПРИМЕЧАНИЯ

      1 Laszlo Dienesz. Russian literature in exile: The life and
work of Gajto Gazdanov. Verlag Otto Sagner, Mьnchen, 1982
      2  Bibliografija rasprava, сlanaka i knjizevnih radova. I.
Nauka o knjizevnosti. I/3 Historija stranih knjizevnosti. Zagreb
MCMLIX,  Izdanje  i  naklada  Leksikografskog  zavoda  FNRJ,  с.
572–578
      3  Захаров  оказался  единственным,  кроме  Г.  Адамовича,
критиком,  откликнувшимся на начало публикации  романа  «Полет»,
см.:  J. Захаров. Нова дела Гаjта Газданова и Николаjа Оцупа.  –
«Правда», 35/1939, 1253
      4  Шесть  из  этих текстов недавно снова опубликованы  по-
сербски,  см.:  Гаjто  Газданов у српскоj периодици  измеhу  два
рата. – «Руски алманах», 10, 2005, с. 187–192
      5  Рецензия опубликована в лучшем белградском литературном
журнале  межвоенного периода «Серпски кньижевни  гласник»  1930,
кн. 30, бр. 4 (16 октября 1930 г.), с. 306– 307.
      6 Обе рецензии Б. Сосинского опубликованы в девятом номере
журнала  «Руски  архив»  (1930. кн. IX,  С.  167  –169).  «Руски
архив»,  журнал политики, культуры и хозяйства России, издавался
под  покровительством  короля Югославии  Александра  белградским
отделением Земгора на сербском языке. Вышло 42 номера с 1928  по
1937  год.  В  журнале сотрудничали А. Ремизов, М. Цветаева,  Е.
Замятин и др. Редакторами было видные деятели партии эсеров Ф.Е.
Махин и В.И. Лебедев. Сосинский сотрудничал в журнале с 1928  по
1932  год  (№№  1,  3,  4,  5/6, 9,  10/11,  14/15,  16/17);  он
опубликовал  в  журнале 52 рецензии и критическую  статью  о  А.
Ремизове.
     7 Ежедневная сербская газета «Правда». Белград,  № 12416,
суббота, 3 июня 1939 г., с. 21. Е. Захаров был постоянным
сотрудником газеты, освещал в ней русскую культуру.
К содержанию || На главную страницу