Повесть
Ингушско-осетинское вооруженное столкновение уникально прежде всего тем, что в состояние войны вступили два народа единого Российского государства. Словесные извивы по поводу того, что Ингушетия оставалась в стороне от конфликта, а участвовали в нем лишь ингуши, проживающие на территории Северной Осетии, не выдерживают никакой критики. Сам же конфликт обнажил кроме прочего катастрофическую слабость федеральной власти, не только не сумевшей разрядить ситуацию, но и позволившей определенным кругам раскалить ее до предела. Слабостью Москвы объясняется и то, что вооруженное столкновение, стоившее обоим народам множества жертв, так и не получило правовой оценки. Каждой из сторон было позволено сформулировать собственное заключение, в результате чего конфликт получил вместо одной — две взаимоисключающие оценки. Осетинский народ (в подавляющем большинстве своем) считает, что подвергся неспровоцированной агрессии ингушей, пытавшихся силой осуществить свои притязания на Пригородный район Северной Осетии и правобережную часть города Владикавказа. Ингушский же народ (также в большинстве своем) уверен, что стал жертвой этнической чистки и геноцида со стороны осетин. То есть, каждая сторона держится за свою правду и готова отстаивать ее до конца. На этом не самом благоприятном фоне вот уже шесть с половиной лет строятся отношения двух народов и предпринимаются усилия по их примирению.
Повесть Сергея Тютюнника, которую мы предлагаем читателям “Дарьяла”, возвращает нас в прошлое и представляет третью сторону, участвовавшую в конфликте. Речь идет о солдатах и офицерах российской армии, которые волей-неволей были вовлечены в кровопролитие и, естественно, судили о происходящем со своей точки зрения.
Это первая публикация такого рода в нашем журнале, и мы надеемся, что она не только будет интересна читателям, но и приоткроет для них некоторые скрытые пружины той трагедии, что разыгралась на территории Северной Осетии осенью 1992 года.
Редакция журнала “Дарьял”
I
На шестнадцатилетнюю дочь полковника Иллариона Чихория наваливается любовь. С первого сентября в ее классе появляется «новенький». Это высокий смуглый юноша с сильным телом. Он жил в Южной Осетии, успел повоевать с грузинами за независимость своего края, но обрел лишь судьбу беженца и независимый, гордый взгляд на сверстников. Он смотрит на них холодными глазами из-под пышных ресниц и приподнимает левую тонкую бровь. В эти глаза и высокую бровь влюбляются большинство девочек класса. Мальчишки ходят за «новеньким», как жеребята за маткой, пытаясь вкусить молока мужества и боевого опыта.
Шестнадцатилетняя Светлана Чихория часами вертится перед зеркалом и вздыхает о тенистых ресницах юноши-осетина, прячущих холодный огонь глаз. Критически оценив свою внешность, Светлана огорчается и запирается в своей комнате читать книжку про любовь.
Ее отец — полковник Илларион Чихория — лежит в постели на животе и кряхтит от боли. От осенней сырости у него распалился радикулит. Жена Иллариона Чихория, потускневшая русская