* * *
Гора над миром белый лоб возвысила,
Внизу же было холодно и сухо.
Катились облака, как комья духа.
Лес индевел подобьем меха рысьего.
Крупнее точек всех, на карте вписанных,
Столица дерзко называлась Муха,
Жужжа радиомачтами. Старуха-
Страна сквозь сон отмахивалась истово.
Я снова сочинил стихи про Лысого.
Потом календаря коснулся взгляд.
Тысячу двести двадцать лет назад
В Баварии преставилась Вальпурга,
Февральскою погодой, двадцать пятого.
Монашком в печь подброшенная чурка
Заискрилась, должно быть, вроде атома.
Летали ведьмы, пользуясь лопатами.
* * *
По утесам струясь, прохлада
Опьянила меня, как каналью.
А ущелье казалось деталью
Самогонного аппарата.
Тутовники не для парада
В ряд стояли по улице, шалью
Свежих листьев одевшись: большая
Будет пьянка, брат споит брата.
Даже грязь у дороги — барда.
На святой горе кипарисы,
А мне душу изъели крысы.
Их не меньше десятка, наверно,
Вниз по спинам у всех хвосты.
Мох утес покрыл равномерно.
Струйки капают с высоты.
Погребок “Отдохнешь и ты”.
* * *
вероятно от жизни осталась ничтожная треть
зелень листьев кленовых краснеть начинает как медь
половину шестого хочу с циферблата стереть
два устоя России заветная водка и хлеб
ветер листья качает и шумный протест их нелеп
нацарапала когтем собака мне книгу судеб
на пруду заболоченном ряской подернулась гладь
если явится Бог то лишь только судить и карать
ты пока что коленку опасливей к ляжке приладь
барражирует сверху комар уцелевший с весны
он вопьется в любого кто скинуть решится штаны
лампой солнца кусты словно зрители освещены
* * *
все пепел и мрак
история призрак скитающийся по Европе
распутница Катька любила в постели собак
все пепел и мрак
бордель и кабак
где черт на пружине выскакивает из коробки
все пепел и мрак
история призрак скитающийся по Европе
* * *
Катился звездопад потоком желтых дынь
Поверх домов, где лицедействуя так явно,
Храм восстановленный ввысь изгибался плавно,
Хоть город Хулиган не уважал святынь.
Допей скорей коньяк и вообще остынь.
Един в трех лицах — это вовсе не забавно.
И римский папа в целом мыслит православно,
Однако для молитв ему нужна латынь.
Допей скорей коньяк и вообще остынь.
Забота о былом — пустая суета.
Ты выйдешь в Хулигане на проспект Кота,
Чтоб под огромными деревьями забыться,
Растечься мышкою и кошкой по ветвям.
Любая мысль торчит и колется, как спица,
Когда садишься между двух горящих ям.
Забота о былом: зачем нам этот хлам?
АКРОСТИХ
Настырная рука
Осознанно задела
Свод бедер. И слегка
Обшаривала тело,
Растеребив штаны.
Ответно грудь пыхтела,
Горя, как две сосны.
* * *
Закатилось солнце в водолей
ой не обжигай опасным взглядом
сдачи мне с рубля пятьсот рублей
с мокрых крыш капель все веселей
целится в асфальт с лотками рядом
закатилось солнце в водолей
к юному торговцу льнет как гей
лысый основательный завскладом
сдачи мне с рубля пятьсот рублей
от тепла немного побалдей
ведь вот-вот придет марток с докладом
закатилось солнце в водолей
сдачи мне с рубля пятьсот рублей
* * *
медленный снег
все уносит в далекую даль
белый как мех
лег на землю а все же печаль
позабытого времени жаль
когда был с орех
медленный снег
сладострастье звенело как сталь
и без помех
проникало под юбку и шаль
нынче же эх
медленный снег