Происхождение и история ксанских и арагвских эриставов давно привлекают внимание специалистов. Исследование данной проблемы в дореволюционной историографии долгое время затруднялось скудностью источниковой базы проблемы происхождения и функционирования института эриставов в средневековой Грузии. Например, С. Баратов с сожалением отмечал: «Следовало бы… показать происхождение десяти эриставов Вахтанга Горгаслана и генеалогическую последовательность их потомков, но мы не имеем к тому достаточно верных материалов». Что касается эриставов Ксани и Арагви, то их «родословные более известны»; хотя в реконструкции процесса возвышения эриставов С. Баратов опирался исключительно на исторические предания. Согласно устной традиции, жители «ущелий, рек Арагви и Ксани» ежегодно справляли праздник св. Георгия у церкви, расположенной на одной из высот горного хребта, разделявшего эти два ущелья. Каждый раз спор за лучшее место перерастал в «ужасные кровопролития». Но в один из праздников «из числа посторонних богомольцев явились два брата осетинских князей Дударуковых» и прекратили ссоры двух обществ. «Эти князья: Сидамон и Ростом, в знак признательности, были приглашены -первый арагвским, а второй ксанским обществами в старшины своих ущелий, а царь грузинский, приняв во внимание и другие заслуги и происхождение их, возвел их в звание эриставов. Так начинается связь этих двух княжеских родов с Грузиею;…»1.
Эту точку зрения подкорректировал М. Джанашвили. Согласно его анализу, эриставы происходили от знатного осетинского рода Сидамонта, три представителя которого — Ростом, Бибила и Цитлосан с 70 слугами — переселились в Грузию еще в царствование Фарасмана VI (542-557 гг.)2.
В другой работе М. Джанашвили уточнил, что ветвь ксанских эриставов, которая пресеклась в конце X в., происходила из «самых знатных аваров»3. М. Джанашвили одним из первых ввел в научный оборот «Хронику ксанских эриставов»; причем ему была известна неполная версия данного памятника XV в. — «начало сего (памятника -Ф.Г.) утеряно давностью»4.
После присоединения Грузии к России интерес к p`qql`rphb`elni теме проявили представители как царской администрации в регионе, так и научных кругов. В частности, в составленной в 1827 г. «Записке» о горских народах, живших по Военно-грузинской дороге, Чиляев обратился к интересующей нас проблеме. Согласно его версии, эриставы являлись «чиновниками высшего достоинства, кои избирались, определялись и увольнялись самим царем и коих права и обязанности состояли в том, чтобы с вверенных им народов собирать государственные подати, производить между ними суд и расправу до известной степени, набирать войско и предводительствовать им