Наша улица
Ночью сон нашей улицы светел –
Спит и грезит она о заре,
И целует хмельной свежий ветер
Здесь украдкою губы дверей.
Шум плетня отзывается сказкой,
И прядутся в ночи чудеса:
Старый двор с материнскою лаской
Рядят в звездную бязь небеса.
БЕСЫ
Наверно, поселились в сердце бесы
И над моею музой взяли власть,
Раз стая мыслей светлых в поднебесье
На крыльях голубиных унеслась.
ЛУНЕ
Затерялся твой дом в далях неба…
Как нам, блудным, друг другу помочь?
Ты жуешь крошки звездного хлеба,
Изголовье твое – тьма и ночь.
Что ты шепчешь? О чем сердце тужит?
Лучше слезь, и пойдем… Боль отбрось…
Кислый ветер вокруг меня кружит,
И луны колесо – его ось.
* * *
Завтра, мама, домой я нагряну.
Снова будешь ты сына встречать.
Перекресток наш в зыбке тумана
Будет хмурое утро качать.
Как у нас там в семье? Все по чести?
По гостям не тоскует порог?
А курятник наш цел? На насесте
Так же слышится кур говорок?
Так же ты нашу кошку ласкаешь,
Молоко ей даешь у огня?
Часто, мама, меня вспоминаешь?
Часто тянет увидеть меня?
Не печалься – я завтра нагряну!
Снова будешь ты сына встречать.
Перекресток наш в зыбке тумана
Будет хмурое утро качать…
* * *
Дни пусты. Не дано мне иного.
Рифм поленница – хоть не пиши! –
В беспорядке разбросана снова
На задворках усталой души.
И мечты, и любовь – за плечами…
Только, видно, мой жребий таков –
Находить черный волос печали
В пирогах своих – с пылу – стихов…
перевод с осетинского Елены Коваленко
* * *
Мню себя упорно зрелым мужем,
Хоть мой стих не горек, не солен.
В жиже горьких дум, как в топкой луже,
Вязну я у старших за столом.
Что к замысловатости сравнений
Мысль мою невольно тянет вновь?
Для чего я в заросли сомнений
Заманил, шутя, свою любовь?
СОЛНЦЕ
Солнце ранними лучами
Разметало космы туч,
Райской негой согревая
Молодые ветви груш.
Белых бликов ожерелье
Разметало по стене.
Поцелуя жарким хмелем
Опалило щеки мне.
И, кокетливо играя
Томным взором из-под вежд,
В рай отрадный увлекает
Караван моих надежд.
В край, где правды песнь струится,
Лира счастья вторит ей,
И нещадно ярый рыцарь
Косит пажити скорбей.
ТЯГОСТНЫЙ ДЕНЬ
Дни объяты маревом смятенья,
И в лицо тревогой дышит стих.
Черный гриф пера в остервененьи
Плоть бумаги белой искогтил.
Что ни образ – смутный и неточный
Лезет из утробы блудных строф.
Мечутся по ниве мыслестрочий
Сирые стада нелепых слов,
Сердце мглой зашторилось от света,
Смолкла песнь за пологом завес.
Холодом изглоданное лето
Стынет у подножия небес.
РЕВМАТИЗМ
Слог мой ревматизмом схвачен снова,
В длинных строках застоялась кровь.
В стылых яслях творчества корова
Не дает удой желанных слов.
И, поскольку выжать слабой дланью
Стих из сердца мне невмоготу,
Хмурый день, явившийся за данью,
Отобрал заветную мечту.
ОСКАРУ ГИБИЗТИ
Юный друг, о чем ты песнь слагаешь?
Солнце в черный войлок завернуть
Хочешь ли, иль гребнем строк желаешь
Расчесать щербатый жизни путь?
Радости лучи уже крошатся
В жерновах невызревшей тоски.
Запрудит кручина русло счастья,
Разобьется флейта на куски.
перевод Александра Санакоева
ЗРЯ, Я НАВЕРНО…
Зря я, верно, направил Пегаса
В терем жизни. Вздымается пыль
Под копытом. На мягких паласах
Я печатаю строчек следы.
Мимо строк мои мысли проходят,
Как на паперти нищий мой стих.
В сердце песни дозревшие бродят,
Вспенив рифмою солод обид.
МОЯ ЖИЗНЬ
Если жить суждено мне века,
Но от старости тронусь рассудком,
Пусть наполнится брагой стиха
Чаша темного времени суток.
Если ж рано замрет моя кровь,
И уйду, не допраздновав жизни,
Пусть отслужит молебен любовь,
Совершив стихотворную тризну.
С ТОБОЮ, РИФМА, НЕ В ЛАДАХ
О жена моя, Рифма, исчезни!
Пропади навсегда! уходи!
Не сложилась любовна