Одной из наиболее рельефных фигур в осетинской классике является И.В. Джанаев-Нигер, открывший принципиально новые пути в национальной литературе, которые, в свою очередь, определяли и продолжают во многом определять ее дальнейшее развитие. Немногие при его жизни осознавали всю масштабность сотворенного поэтом, но среди этих немногих были Александр Фадеев, Арсен Коцоев, Дабе Мамсуров, Леонид Семенов, Васо Абаев, Гриш Плиев и другие. Новое прочтение его произведений состоялось благодаря тому, что в 1968 году увидело свет трехтомное собрание сочинений (1). Приведенные в ней К.Ц. Гутиевым кропотливые изыскания творческого наследия и поэтической биографии Нигера, круга его общения, литературных вкусов и жизненных интересов – неоценимый и необходимый вклад в современное нигероведение.
Исследование поэтической, философской и гражданской биографий Ивана Васильевича Джанаева-Нигера – это особая задача. Гениальный поэт, критик, драматург и публицист. Одной из определяющих черт Джанаева-Нигера – как человека и как творца – было стремление к постоянному самосовершенствованию. Изучение его творческого наследия с такой позиции значительно дополняет наше представление об осетинском стихотворце и литераторе, расширяет понимание его личности и жизненного пути. Философское осмысление существующей действительности для И.В. Джанаева-Нигера – это обобщение личных взглядов на жизнь, символы веры и справедливость. Самобытный образ мышления, осознание сложности окружающего мира и места человека в нем – главные отправные точки его поэтического мира.
Следует отметить, что источник вдохновения И.В. Джанаева-Нигера исследователями его творчества легко усматривается в национальной духовной традиции. Могучие образы и герои устного народного творчества осетин становятся кумирами и воображаемыми собеседниками поэта. Личные переживания, символическое восприятие жизни, радость реального постижения мифа и бытия превращают творчество И.В. Джанаева-Нигера в “страсть души и сердца”. Здесь поэт выходит далеко за рамки индивидуального существования и ощущает свою сопричастность к великому творчеству народа. Яркое свидетельство тому – десятки сказаний, песен, легенд и мифов, собственноручно записанных им в различных уголках Северной и Южной Осетии. Гражданин, созидатель и вдохновитель, он обладал истинным, незамутненным видением многообразного мира творчества, где горизонты реальной жизни преломлялись в заманчивую красочно-образную мозаику воображения. Это феноменальное мировосприятие прослеживается во всем его творчестве, мощно подпитывает литературн