Говорить о давно знакомом и близком человеке одновременно и легко и трудно. Легко потому, что он тебе хорошо известен. Трудно потому, что из множества фактов надо обращать внимание на те, которые наиболее важны для данного случая.
С нашим юбиляром мы учились в одной Лескенской средней школе Северной Осетии, которую, как старший, он окончил на пять лет раньше. Уже тогда он во многом себя проявил как незаурядный ученик – учился отлично и был активным общественником. В общем, он был образцовым…
Не зря у осетин говорят: «Гайлаг родæй бæрæг» – «будущего добротного вола видно еще в теленке»…
Начнем с того, какие это были годы. Весь период Великой Отечественной войны наложился на последние годы школьного обучения Исаева. Это стало большим испытанием для юноши, у которого старшие (два брата и две сестры) ушли на фронт, отец скончался, и он остался старшим мужчиной. Им с матерью предстояло прокормить себя и младшего брата и сестру.
Учеба продолжалась в сочетании с изнурительным трудом на своем приусадебном участке и на колхозных полях (с. Лескен Северной Осетии), которые остались на попечении стариков, инвалидов и школьников. Эти «трудовые будни» закалили и воспитали целое поколение граждан России во всех сферах жизни многонационального советского общества.
Хочется заметить, что в нашу эпоху, которая началась с многоплановых процессов «либерализации» и всевозможных «перестроек», «ускорений» и других непродуманных деяний, понятие воспитания вообще исчезло из обихода. Его затмили громогласно произносимые к месту и не к месту клише, подобно «правам личности», «правам человека», «правам ребенка» и т.п. Давно ли мы слышали это хорошее слово «права» в сочетании с не менее хорошим понятием «обязанности»?
А в тяжелейшие пред– и послевоенные годы все знали, что не должно существовать «прав», кроме как в сочетании с «обязанностями»…
Известно, что немецкие войска в 1943 году на несколько месяцев оккупировали предместья Владикавказа, включая и селение Лескен. Многие ученики села помогали партизанам тем, что передавали им сведения о дислокации немецких войск и продовольствие. Возглавлял одну из таких групп наш пятнадцатилетний Магомет Исаев…
После изгнания немцев еще более активный характер принимает участие школьников в восстановлении народного хозяйства. Одновременно возрождается деятельность школьных самодеятельных кружков. В одном из них – поэтическом – активную роль играл Магомет. Кажется, свое пристрастие к стихотворству он не потерял до сих пор…
А главное в школе – это учеба. И здесь, помнится, ему не было равных в старших классах. Поэтому никого не удивило то, что первым на получение вновь введенных «золотых» аттестатов была определена кандидатура Исаева. И он оправдал доверие руководства школы – сдал все выпускные экзамены на «отлично».
Однако руководство района посчитало, что такой аттестат полагается выпускнику школы в районном центре… Обещали еще выпросить второй «золотой аттестат». Но время шло, а положительного ответа не последовало. Пришлось попросить, чтобы оценки проставили в «простом» аттестате…
А поступать Исаев собирался в Ленинградский университет. Это было вызвано его тягой к известному тогда уже Василию Ивановичу Абаеву, который окончил этот прославленный вуз – тогдашний центр востоковедения.
М. Исаев, разумеется, надеялся, что его примут без экзаменов как «отличника». Но посланный им аттестат не был оформлен как «золотой». Поэтому прибывшему в Ленинград абитуриенту, во-первых, пришлось просить телеграфом подтвердить подлинность документа. Во-вторых, все-таки сдавать вступительные экзамены, что он и сделал…
Разумеется, с началом учебы в вузе он собирался встретиться