Август 2008 года сжался для нас в одно историческое мгновение, вместившее в себя трагедию и триумф Осетии.
Вспоминаю вопрос, заданный Виталием Чуркиным на заседании Совета Безопасности ООН: «Сколько мирных жителей должно погибнуть, чтобы это можно было назвать геноцидом?» Речь шла о ночной бомбардировке (с 7-го на 8-ое августа) многострадального Цхинвала (а также с утра 8-го и до тех пор, пока героизм грузинских вояк, уничтожавших мирное население, не иссяк под ударами Российской армии). Вопрос был задан риторически, в нем содержался и ответ – яростный упрек в жестоком безразличии представителей стран «развитой демократии» к судьбам осетинских стариков, женщин и детей, павших жертвами грузинского нашествия, лишившихся крова, ставших беженцами.
Заседание Совбеза производило странное впечатление: здесь никого не интересовала тема грузинской агрессии, направленной на уничтожение и изгнание (по национальному признаку) населения Южной Осетии во имя «территориальной целостности грузинского государства». В бесстрастно произносимых докладах говорилось о нападении России на Грузию или, в лучшем случае, о непропорциональном ответе России на вторжение грузинских войск в «сепаратистскую» Южную Осетию. То есть, стрелять по спящему городу, по мирному населению и российским миротворцам из систем залпового огня – это пропорционально, а пресечение смертоубийственных бомбардировок по площадям, свойственных системам «Град», должно осуществляться, по мнению высоких сторон, строго дозированными средствами.
Южная Осетия и потери ее населения, насколько можно было понять, вообще не брались в расчет. Главной и единственной темой обсуждений и публикаций была российско-грузинская война. Привожу характерные цитаты из статьи Джона Маккейна в Wall Street Journal (14.08.08.): «После стычек в грузинской области Южная Осетия Россия вторглась в соседнее государство (Грузию – Р.Т.), начав наступательные операции, которые ставят под угрозу само его существование». И далее: «Грузинский народ страдал в прошлом, страдает он и сегодня. Мы должны помочь ему пережить эту трагедию, и грузины должны знать, что американский народ думает о них, молится за них и поддерживает их. Эта маленькая демократическая страна вдалеке от наших берегов вдохновляет всех, кто ценит наши заветные идеалы».
Не знаю, насколько это верно, но именно Джону Кеннеди приписывают определение властных различий между государствами первого и второго класса (или сорта). Кеннеди полагал, что «обитатели строения с парадным фасадом должны обладать определенной властью и на заднем дворе». В нашем случае государством «заднего двора», безусловно, является Грузия. Все говорившие и писавшие на Западе о происходящем на Кавказе прекрасно понимали, что грузинское руководство, выскочившее со своей армией, как хулиган из подворотни, действовало если не с прямого одобрения своих американских покровителей, то в полной уверенности в их скорой и эффективной помощи. В чем, кстати, во время своего последнего предвоенного визита в Тбилиси не преминула уверить своих друзей Кондолиза Райс.
И никого, заметьте, не удивило, что власти «этой маленькой демократической страны» с ее «заветными идеалами», планируя вторжение в Южную Осетию, дали своей армейской операции кодовое название «Чистое поле». В содержании этого названия не кроется, как обычно бывает у военных, никакого иносказания. Все абсолютно ясно – население по возможности уничтожить, остальных изгнать, чтобы получить вместо