РАССКАЗ
На днях у нас в совхозе (или как его теперь? Сэ зэ а о!) произошло радостное событие: Пашка Собакин вернулся. Почему из заключения? Ему ещё рано из заключения. Он пока ещё не набрал необходимых для заключения заслуг перед государством. Пашка вернулся из-за границы. Он там в разных кембриджах-оксфордах обучался. Что? Попал туда потому что умный-одарённый? Кто? Пашка умный-одарённый? Да вы что! Ну, рассмешили! Пашка как раз наоборот… Совсем наоборот и даже категорически!
Тут дело гораздо проще и понятнее: папаша евоный – наш генеральный управляющий, Никанор Лукич. Поняли теперь? Опять нет? Да что тут непонятного-то? Никанор Лукич! Наш управляющий! И не простой, а генеральный! Этот балбес Пашка – евоный родной сынок! А у всякого генерального (сейчас это каждый знает!) дети почему-то, все как на подбор, талантливые и гениальные. Поэтому и учатся в ихних кембриджах и оксфордах, а не в наших соплеплюйсках и мухосрансках. Продолжают, значит гениальную генеральную папкину с мамкиной линию. Ну, теперь-то, компрэ нэ или всё так же компрэ ву?
И вот, значит, возвернулся Пашка. Красавцем стал буквально писаным! Матом, как раньше, не ругается, ногти не грызёт, слюни из евоного ротика уже не капают, и в кулак он теперь не сморкается. Всё мерси и хеллоу, а сморкается исключительно в платочек. Даже страшно – до чего изменился человек! И даже непонятно в какую сторону! Может, всё-таки в лучшую? Так тоже бывает, хотя и редко и совсем не со всеми, и даже не может такого быть!
Понятно, папаша евоный, разлюбезный Никанор Лукич, сразу устроил родное дитятко в наше славное хозяйство на специально придуманную для Пашки должность главного менеджера. Мы уже потом узнали: Пашка в совхоз сначала возвращаться не хотел. Было у него огромно-скромное желание пристроиться в какую-нибудь нефтяную или газовую шарашку. Чтобы деньгу там лопатой грести и, соответственно, наслаждаться сказочными прелестями, которые обеспечивает своим верным сынам и дочерям тамошняя нефтегазовая сказочная жизнь. Но как только он о своём желании по простоте своей душевной заикнулся, ему сразу же дали понять: ты чего, паренёк кудрявый? С дуба, что ли, рухнул? Или коклету несвежую съел? У нефтяных и газовых управляющих свои детишки имеются. Такие же талантливые и такие же гениальные. Так что кати-ка ты в свой совхоз и ни о чём таком нефтегазовом даже и не думай. Там, среди сельских нив, тебе как раз по рангу будет! Вот он и прикатил, втайне горюя и обидно облизываясь на несбывшуюся нефтегазовую сказку. Бывает, чего ж поделаешь! Не всем же пироги с повидлой кушать! Кому-то и чёрствая горбушка с хреном по чину полагается!
Да… Прикатил, значит, Пашка, прогулялся по главной улице – и в клуб пришёл, где мы, его соседи и земляки, уже дружно собрались в предвкушении привезённых им новостей и прочих заграничных неожиданностей.
Прошёл он сразу в президиум, поглядел на нас ласково. Мы тоже заулыбались. А чего? Сидим мирно, пока не дерёмся. Чего не поулыбаться на всякий случай и в предвкушении?
Сидим, значит, глазки друг другу строим – и вдруг Паша открывает рот. Бизнес-центр строить будем, радостно сообщает он. Компрэ ву, дорогие товарищи задорные селяне? Ву-ву, закивали головами мы. Компрэ но пасаран. Всё понятно. Не дураки какие. Тиливизер регулярно смотрим. «Новости», «Фабрику звёзд», «Здоровье», «Дом номер два», «Петровку тридцать восемь». Поэтому вопрос у нас имеется только один-разъединственный: а накой нам этот твой, Паша, бизнес-центр? В смысле, с какого перепугу и с какого бодунюги будем воздвигать сие блестящее сооружение?
Да вы что, удивился Пашка. Что значит «накой»? Сейчас в каждом уважающем себя населённом пункте, даже в таком совершенно задрипанном, как наш, имеется свой персональный бизнес-центр! Дуновение, так сказать, современности! Соответствие нонешним передовым идеям и мировым стандартам! Поняли, наконец, или никак по-прежнему?
Поняли