Много лет не перестаю любоваться изяществом книг, изданных в первые революционные годы. Речь идет конечно же не о советских «агитках», нередко печатавшихся где и как попало, а о произведениях беллетристических, поэтических, драматургических. Годы были тяжелые: гражданская война, разруха, голод. Типографии или закрывались, или испытывали острый дефицит бумаги, картона, красок. И здесь свое слово сказала черно-белая гравюра. Даже не на очень хорошей бумаге нередко получались шедевры.
Не помню, когда именно я приобрел одну из таких книг – «современный драматический этюд» под названием «Смерть Коперника», выпущенную в мягкой обложке в Москве, в издательстве «Революционный социализм» в 1919 году. Оформление титульного листа, шмуцтитула, заставок, концовок и обложки книги выполнено было с гравюр на дереве Василия Николаевича Масютина (1884-1955), большого мастера станковой и книжной графики. К тому же неплохого писателя, в 1920 году он эмигрировал из советской России и жил в Берлине, одном из ведущих центров европейского книгоиздания.
Заинтересовали и само произведение, ради которого мастер гравюры потратил немало сил и художественной фантазии, и автор, явно скрывший свое имя под псевдонимом «А. Терек», и издательство «Революционный социализм». Начну с последнего. Издательство это, хотя и числилось при ЦК партии левых эсеров, к революционному социализму отношение имело малое. Его подлинными хозяевами были деятели литературы и искусства серебряного века – приверженцы особой антизападнической идеологии. В честь известного стихотворения А.А. Блока «Скифы» идеология эта получила название «скифство».
Мильоны – вас. Нас – тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, скифы – мы! Да, азиаты – мы,
С раскосыми и жадными очами!
Эти строки звучали как гимн «скифского» движения. Его участники – Александр Блок, Кузьма Петров-Водкин, Валерий Брюсов, Сергей Прокофьев, Андрей Белый, Николай Клюев, Сергей Есенин, Борис Пастернак, Евгений Замятин и другие рассматривали «скифство» как мессианское антизападное народное движение, овеянное религиозным пафосом. Для них «скифство» представлялось некой вершиной русского народничества и предтечей Евразийства. Одним из идеологов «скифства» был известный литературный критик и социолог Р.В. Иванов-Разумник, редактировавший книги издательств «Революционный социализм» и «Скифы».
А теперь об авторе драматического этюда (одноактной пьесы), скрывшем свое имя под псевдонимом А. Терек. Установить его было не сложно. Помог, как всегда, словарь псевдонимов И.Ф. Масанова. Оказалось, что А. Терек – это к тому времени уже известная писательница Ольга Дмитриевна Форш. Были у нее и другие псевдонимы – О. Ф.; Ф. О.; Шах-Эддин; Эддин, Ш.
Почему «Терек», а не «Волга», «Дон», «Днепр» или, наконец, «Нева»? А потому, что местом ее рождения был Северный Кавказ, а точнее дагестанское селение Гуниб, где за крепостной стеной был расквартирован русский гарнизон. Гуниб был последним оплотом вождя кавказских повстанцев имама Шамиля. В ярких красках Гуниб запечатлел знаменитый маринист И.К. Айвазовский. Если морские картины он нередко писал по памяти, то аул Гуниб воспроизведен им почти с фотографической точностью. Через четыре года после того, как было написано это удивитель