В Гаспре, в чебуречной с видом на Ай-Петри,
Мы погружались в вечность в алкогольном ветре,
Мы погружались в счастье, в пахучий крымский рай,
И было нам от «Здравствуй» полшага до «Прощай».
Ах, этот ветер Крыма,
Вкус терпкого вина
И местного розлива
Татарочка Зайна…
А потом спускались горным серпантином,
На волнах катались, плавали к дельфинам…
И девушки нагие, и манящий смех,
И слова чудные, зовущие на грех…
Ах, эти волны Крыма,
Ах, ласковый их плен…
Ах, глаза-заливы
Хохлушечки Ирэн…
И с кем-то мы сбежали, и любовь навек,
И жареной кефали нам сунул пьяный грек,
А мы стремились в горы, к подножию трех скал,
Где можжевельник шторы за нами опускал…
Ах, эти горы Крыма,
Из облака вуаль…
И не узнать уж имя
Той девушки… А жаль…
И время расставаться, и воздух так дрожит,
Я не люблю прощаться и не храню обид…
До встречи, но не скорой – когда вернусь сюда,
До встречи той, которой не будет никогда…
Ах, этот воздух Крыма,
Ах, ласки в темноте…
Слова любви из дыма –
Тают в высоте…
Под старым кипарисом вечное кино,
Женские капризы – прокисшее вино…
Полынью отдавали слезы на щеках,
И таяли печали в лавандовых полях.
Ах, лаванда Крыма,
Ах, полынь степей…
Увы, неизлечима
Любовь – чума людей…
Но манят ярким светом московские огни,
Я допиваю лето, я проживаю дни…
Я не увижу завтра балет случайных встреч,
Я допиваю Ялту, я проживаю Керчь.
Ах, эти встречи Крыма
Среди ночных огней…
Время вас покрыло
Лоскутками дней…
До встречи, полуостров, божественный приют,
Корабельный остов у мыса Тарханкут
И москвичка Тома, девушка-аид,
Увидеться нам снова судьба не разрешит…
До встречи, полуостров, люби и веселись,
Нос самолета острый уже стремится ввысь…
Раскинулась под крыльями чудная страна,
Где девушка без имени, конечно, ждет меня…
Ах, девушки из Крыма,
Ах, Тома, ах, Зайна…
Прощайте и счастливо!
Я выпил вас до дна…
До донышка, до донца, до первого луча
Розового солнца у старого ручья.
Я вместе с этим солнцем лечу в свои края…
Оно назад вернется, а я… А я? А я…
* * *
Не знаю, что мне суждено –
Жизнь жалит осами
И путь мой выстлан уж давно
Увы, не розами.
Приют последний я видал,
С черной оградою…
Молюсь Тебе, чтоб он не стал
Моей наградою.
Молюсь Тебе – не жить в тоске,
Как нищий пьяница…
Молю Тебя, чтоб было с кем
Просто состариться.
И чтоб наградой мне была
За жала осовы
Лишь та, которая ушла –
Светловолосая…
Чтоб мог бродить я по росе
С той, кто мне нравится
И с ней прийти туда, где все
Пути кончаются.
И где живые образа гуляют в вечности,
Я буду лишь смотреть в глаза – до бесконечности…
СПИТАК
Это был декабрь, и декабрь был мерзлым,
И сыну куртку теплую надела Арегназ…
Она его увидела через неделю, мертвым,
Без курточки, которая была ему как раз.
Это был декабрь. Безмолвным серым утром
Закричало эхо далеко в горах,
И за бесконечно долгую минуту
Красивый белый город превратился в прах.
Это был декабрь, и декабрь был длинным –
Семь дней, а дальше вечность для мертвых и живых…
Кто ты, всемогущий, что скалы с места сдвинул?
Зачем ты, всемогущий, наземь бросил их?
Это было в среду. Без двадцати двенадцать
«Барев дзез» сказал мне армянский друг Андро.