СМЕРТЬ АМЕРИКИ
– Америка умер!
– Как умер?
– Скоропостижно!
«Витька Крекшин по прозвищу Америка, мой одноклассник, товарищ и друг, умер!» – это не укладывалось в голове.
– Завтра похороны. Придешь? – словно после простуды, сопел в трубку Валерка Огородников, тоже одноклассник.
– Куда приходить?
– Железнодорожная больница знаешь где? Сворачиваешь во двор и прямиком к зданию городской ритуальной службы, там, в 10 часов состоится отпевание. Не опаздывай!
Минуты три я неподвижно стоял у окна, словно меня ударило током, и пытался понять – откуда.
Представить Витьку в гробу не получалось.
Мы дружили с Америкой со школы.
Любимчик учителей, Витька слыл большим выдумщиком, а я был как бы сподвижником его выдумок. Я доверял ему, он доверял мне. Мы делились самыми сокровенными идеями, что могли прийти в наши дурные головы.
Так, например, в отличие от одноклассников, во время сбора металлолома тащивших в школу тяжеленные чугунные батареи, сетки кроватей и дырявые ведра с консервными банками, мы с Витькой ближе к вечеру, как самые настоящие мальчиши-плохиши, приходили на школьный двор и со знанием дела выбирали изделия из алюминия и меди. Алюминий принимали по 12 копеек за килограмм, медь – по 18. Искореженный примус или алюминиевая кастрюля были для нас подарком судьбы. С утра пораньше, стараясь не светиться перед соседями, мы тащили мешок с добычей знакомому старьевщику.
С регулярностью раз в месяц он сам появлялся в нашем дворе, бодро ведя под уздцы гнедую кобылу, тащившую телегу, заваленную всяким хламом.
– Берем утиль, берем тряпье и все ненужное старье! – громко с хрипотцой кричал он, хотя принимал в основном макулатуру, старые матрасы, дырявые одеяла и лом цветных металлов.
Ребятня, словно по команде, кидалась к сараям, где у каждого лежали зар