МЕРТВОЕ МОРЕ
Меня здесь нет, тому шесть лет минуло,
Но это там, а тут часы стоят
С тех пор, когда на прошлое взглянула
Одна жена три тыщи лет назад…
И сердце сжалось и остановилось…
До этих дней, растрескавшись, гранит
Слезу ее застывшую хранит
На зависть ангелам за Божию немилость…
Так твой Творец когда-нибудь с тобой
И справедливо, и бесчеловечно
Поступит, если, позабыв о вечном,
Ты на земном задержишь взгляд земной…
Ведь вера не бывает неслепой,
А за любовь, которая без меры,
Создатель столп воздвигнет соляной
И города осыплет серой…
Над этим морем чайки не летают,
Сюда на нерест рыбы не идут,
Тут соль земли на раны насыпают.
(Мои-то все равно не заживут…)
Тут Лотовой жены нетленный дух
Над самой низкой точкой на планете
Один парит… И донага раздета
Душа моя усопшая лежит.
ПИНОККИО
Не в Риме, где Давид и Голиаф,
Не там, где просыпаются вулканы
И где венецианских дожей прах
Хранят резные мраморные грани,
Я был как дома, а не как в гостях
В старинной деревушке, близ Тосканы.
И слушал речь, что струями фонтана
Слетала с уст, как эхо в их горах…
Но истины, наверное, в словах
Не больше было, чем на дне стакана…
Такие же, как наши, тараканы
Роились в итальянских головах:
Кого-то Бог забыл или оставил,
Кого-то щедро поднял на руках!
Пиноккио там на зеро поставил,
В который раз оставшись в дураках…
Я за Тобою следую повсюду,
Но, видимо, и здесь не сбыться чуду.
ПРОЩАЙ, ПАРИЖ
Прощай, Париж! По набережной Сены,
Где лавкам букинистов несть числа,
Бреду в бреду. Чужие имена.
И солнечные зайчики на стенах.
Я точно знаю: здесь она была.
В кафе напротив книгу на колени
Роняла… И стояла у окна,
Как призрак, не отбрасывая тени.
Улыбки. Густо сдобрена елеем,
Иная речь звучит в моих ушах.
Но мнится мне ее нездешний шарф,
С плеча сползающий тем самым змеем.
И с каждым шагом и добрей и злее
Смотрю вокруг, киваю невпопад,
И, спав с лица, то жертвой, то злодеем
Я бормочу, не попадая в лад.
По незнакомым памятным местам,
По желтым и потрепанным страницам
Один брожу. Зачем? Не знаю сам…
Француженки… У них особый шарм.
Но мне другой, неповторимый снится,
И я слоняюсь по ее следам.
ЕВАНГЕЛИЕ ОТ ДЕМОНА
Тесней на шее сходится петля,
С нездешней силой в неразрывной связи
Я чувствую, как тянет мать-земля
Меня к корням. Но это вы из грязи.
Шипит потусторонний голос: «Тля,
И без тебя в подлунном мире мрази
Достаточно размножилось и для
Египетских, и прочих казней сразу».
По образу, подобию Он зря
Вас создал. Или дрогнуло лекало?
Я предостерегал, что так нельзя,
Ведь правда даже рядом не лежала.
Она для вас страшнее, чем проказа
И даже смерть, а сень ее была
И остается ипостасью зла.
А все-таки я верил: пусть не сразу,
Когда-нибудь открою вам глаза.
Но ход вещей не изменил ни разу.
Вам нипочем небесная гроза,
От истины всегда бежал ваш разум.
Что ж, радиоактивная зола
Останется, и вы – частицы пепла –
Вернетесь в уготованное пекло.
Невыполнима миссия посла.
И даже Он вас защитить не смог
От вас самих, вы превратили в смог
Его Эдем, и смрад над головами
Висит. Лишь я один останусь с вами.
Вам разве всуе нужно слово «Бог»?
И вовсе не по воле злого рока
По странгуляционной борозде
Вы движетесь до своего истока,
Хотя могли б до устья по воде…
Он твердо знал, что все предрешено,
Пока вершили вы «свободный выбор»,
И понимал, что рухнете на дно,
Когда весы качнутся либо – либо.
Смоковница ничем не отличалась
От прочих древ, посаженных в саду