Пожалуй, именно Юрию Дзантиеву (1930-2000) принадлежит роль человека, решительно выпустившего из запечатанной бутылки «джина» невиданной, не традиционалистской, «нон-конформистской» живописи, созвучной новейшим концепциям современного европейского авангарда. Появление его полотен подобно мощному взрыву творческой энергии.
Свободные от подробной, навязчиво-иллюстративной разработки фабулы, даже от изобразительности (во всяком случае, в банально- натуралистическом понимании ее сущности), они поражают силой экспрессии, трепетной эмоциональностью, свободным полетом раскованной фантазии и глубиной философских обобщений. В их цветовом напряжении заключена динамика колоссальной, взрывной силы. Их символика лишена поверхностной упрощенности она скрывает в себе сложные ходы внутренней гармонии и грозных диссонансов мирозданья. Обнаженность человеческих чувств — нестерпимость страдания, ослепительные вспышки надежды, счастливого озарения — находят адекватное выражение в красочной стихии, в сочетаниях холодных и пламенных цветов, в геометрических ритмах абстрактных и – чаще – фигуративных композиций.
Среди проблем и тем его живописи центральное место занимает символическая интерпретация идеи свободы личности, народа, каждого живого существа в отдельности и всего человечества в совокупности. При этом, к какому бы предметному кругу ни обращался Дзантиев, какой бы мотив – фольклорный, библейский, литературный, исторический, современный – ни определ